«Меня часто спрашивают, действительно ли И. В. Сталин являлся выдающимся военным мыслителем в области строительства вооруженных сил и знатоком оперативно‐стратегических вопросов… После смерти В. И. Ленина, перед Отечественной войной и особенно после войны, И. В. Сталину приписывали особо выдающуюся роль в создании вооруженных сил, в разработке основ советской военной науки, основных положений в области стратегии и даже оперативного искусства. Действительно ли И. В. Сталин был выдающимся военным мыслителем? Конечно, нет. Все это нагородили в угоду И. В. Сталину, чему способствовал он сам, распространявший версию о том, что якобы В. И. Ленин не знал военного дела и требовал от молодых работников ЦК досконального изучения военного дела и, мол, в первую очередь требовал этого от него, Сталина. При этом как будто В. И. Ленин ссылался на то, что лично он уже стар изучать военное дело. Вслед за этой версией, как водится, и „пошла писать губерния“. С военной точки зрения И. В. Сталина я изучил досконально, так как вместе с ним начинал войну и вместе с ним закончил ее, До Сталинградской битвы И. В. Сталин практически слабо разбирался в вопросах военной стратегии и еще хуже в оперативном искусстве. Слабо разбирался и в организации современных фронтовых и еще хуже армейских операций.»
(Г. К. Жуков «Воспоминания и размышления»)Только насчет «пошла писать губерния» — это к самому дяде Жоре относится, особенно когда он сочинял (или за него сочиняли редакторы) про планы на лето 42-го.
Да что уж там! Фон Бок еще в январе 42-го узнал:
«Английское радио заявило, что Тимошенко хочет отобрать у нас Харьков и Днепропетровск, чтобы лишить Германскую армию важнейших стартовых площадок для запланированного весеннего наступления на Кавказ!»
А наше «армянское радио» в Институте истории РАН и в институте истории Генштаба МО РФ всё продолжает рассказывать анекдоты про то, что Сталин ждал наступления на Москву.
Вы знаете, кто принимал военный парад и выступал с трибуны Мавзолея 7 ноября 1952 года, последний парад при жизни Сталина? Человек, который еще в марте 1942 года изложил в Ставке почти в подробностях планы немецких операций «Фредерикус I», «Фредерикус II» и «Блау». И это был, разумеется, не Штирлиц, Штирлицу не доверяли парады принимать…
* * *
