Ключи от победы немцев лежали не в Кремле, а на юге, на Кавказе. Захватить нефтепромыслы, получив для себя нефть, эту «кровь войны», одновременно лишив ее советскую армию — только так можно было победить Советский Союз. Но наступление немецких войск только на Кавказ — это гарантированная катастрофа, они в таком случае попадали в ловушку. Без выхода к Волге даже не в районе Сталинграда, а в среднем ее течении, вести наступление на Кавказ было чрезвычайно опасно.
А пока, как шило в одном месте у немцев, мы удерживаем Барвенковский плацдарм, никакого наступления на юге немецкие войска вести не могут, их наступлению там угрожают советские войска с этого плацдарма. Немцы обязательно будут стремиться его ликвидировать.
Уже в октябре 41-го саперные армии и привлеченное население начали у Сталинграда и на Кавказе перекапывать угрожаемые направления противотанковыми рвами, оборудовать там линии обороны, в январе 42-го наши войска выбили немцев из Барвенково и Лозовой, захватив опасный для вермахта, в случае его наступления, плацдарм, фон Бок из передачи английского радио узнал, что Барвенковский плацдарм советские войска заняли, чтобы помешать немецкому наступлению на Кавказ, наши резервы, как написано у Василевского, стали сосредотачиваться у Воронежа и Сталинграда…
Выключите уже, наконец, эту передачу «армянского радио» о том, что в конце февраля 42-го года в Ставке ВГК шли какие-то дискуссии о планах на весну и лето 42-го, о том, где ждать наступления немцев и где самим наступать. Ждали там, где надо было ждать и сами готовились наступать там, где нужно было наступать. А. М. Василевский:
«
и всё, что было написано до этих строк в главе «Весна и лето 42-го» его книги превращается в тупейшую галиматью…
А как же тогда, на самом деле, наша Ставка оценивала возможные планы немцев и как она планировала противодействие им? Как я уже писал, вопреки приписанным Сталину мечтам и надеждам, что немцы снова будут наступать на Москву на Западном направлении, от командующего весной 42-го года Западным направлением Г. К. Жукова Ставка не потребовала никаких докладов об оценке обстановки и намерениях противника. Надо срочно «искать» такой доклад за подписью Жукова в архивах, иначе принятая версия о планах Ставки выглядит сомнительной, мягко говоря. Даже та «копия» доклада командования Юго-Западного направления, лежащая в ЦАМО, в эту версию никак не ложится.
Кстати, куда делся оригинал этого доклада, который читал Сталин? Почему его до сих пор в архиве не нашли и никто таких попыток даже не предпринимает? Не потому ли, что на нем должна быть в обязательном порядке резолюция Верховного? Архивистам и историкам нужно срочно исправлять этот недогляд, нужно обязательно представить публике оригинал с резолюцией Сталина: «Не согласен». И дальше — матерные слова. Без матерных слов никак.
А пока у нас есть сомнительная «копия», но зато И. Х. Баграмян цитировал из оригинала доклада Тимошенко, факт идентичности цитат Баграмяна тексту на липовой копии относительно оценки планов немцев, показывает, что эта часть текста с оригинала была внесена на «копию» без изменений. А текст очень интересный. Итак, как Тимошенко оценивал планы немцев:
