- Так бы и сказали, ревматолог, - пожала я плечами, - а то придумали непонятное, и неудобоваримое слово.
- А этот твой ревтолог – понятное, что ли, слово? – оскалилась женщина.
- Ревматолог, - произнесла я по слогам, и до меня с опозданием дошло, - подождите, какие талоны? Здесь же роддом.
- Был когда-то, а потом сделали поликлинику, - пояснил
пожилой мужчина.
- Понятно, - кивнула я, и подошла к соседнему окошечку, где очереди не было, - здравствуйте.
- Здрасти, - подняла на меня глаза женщина, сидящая за стеклом.
- Мне нужны сведения о двух женщинах, - стала объяснять я, - одна здесь когда-то работала акушеркой, а другая рожала. Это возможно выяснить? Поднять документы?
- А вы кто такая? – устало осведомилась женщина, и я вынула удостоверение, - нужно поднять старые документы, архив. Обратитесь к заведующей, она на пятом этаже.
Я лишь кивнула, и стала подниматься по лестнице.
Забралась на последний этаж, и постучалась в дверь с табличкой « Заведующая ».
- Войдите, - ответили из-за двери.
- Здравствуйте, - потянув створку, я вошла внутрь.
- Здравствуйте, - подняла на меня глаза полная женщина, - в чём дело?
- Я из органов, - показала я удостоверение, - можно поднять старые бумаги? Здесь когда-то был роддом, и одна женщина тут родила двойню. Мне нужна акушерка, которая принимала у неё роды, - и я назвала год.
- В то время я была здесь акушеркой, - сцепила руки женщина.
Вот это мне повезло!
- Простите, как вас...
- Зинаида Марковна.
- Миленич Эвива Леонидовна, очень приятно, - представилась я, и села на стул, - расскажите мне, что вы сделали с детьми Эллы Измаиловны Гольдштейн.
- Это кто такая? – нахмурилась Зинаида Марковна.
- Только не делайте удивлённых глаз, - рассердилась я, - вы прекрасно помните Эллу, красивую, рыжеволосую женщину, родившую двойню, мальчика и девочку. Куда и почему вы дели детей? Вы же сами ей потом рассказали, что дети живы.
- Не правда, - побледнела Зинаида Марковна, - я ей ничего не говорила, и я вообще не понимаю, о чём речь.
- А вы знаете, что за лжесвидетельствование положен срок? – осведомилась я.
- Знаю, - кивнула она, - и не вру. Я отлично помню молодую
женщину, родившую двойню. Давно дело было, но в память крепко врезалась, потому что это был мой первый опыт в акушерской практике. И у Арины тоже.
- Что за Арина? – спросила я.
- Моя подруга. Что вы хотите от меня услышать? Мы присутствовали при родах, и роженица, Элла, родила двух малышей, мальчика и девочку. Малыши родились здоровыми, никто и не думал плохого, но ночью они умерли.
- А где сейчас эта Арина? – спросила я.
- Она тоже тут работает, геникологом.
- Позовите её, - потребовала я.
Зинаида Марковна пожала плечами, сняла телефонную трубку, и набрала номер.
- Арин, зайди ко мне, - сказала она в трубку, - и обратилась ко мне, - сейчас она подойдёт, - и через пять минут в кабинет заглянула приятная, худощавая женщина.
- Зин, ты чего? – спросила она, и посмотрела на меня.
- Сядь, - Зинаида Марковна указала на стул, и женщина опустилась напротив меня.
- Это вы рассказали Элле Гольдштейн, что её дети живы? – задала я вопрос в лоб, и она отшатнулась.
- Кто вы? – прошептала женщина.
- Арина... как вас по отчеству?
- Владимировна.
- Арина Владимировна, не надо отпираться, - вздохнула я, - мне всё известно. Почти всё. А теперь ответьте на вопросы. Вы подменили детей?
- Подменила, - прошептала Арина Владимировна, - я так
испугалась. Я думала вообще, что меня убьют, но меня и саму
от убийства отвело, и жива осталась.
- Арина, о чём ты говоришь? – побледнела Зинаида Марковна.
- Сейчас я всё объясню, - и Арина Владимировна стала рассказывать.
Не думала она, конечно, что столь неудачно начнётся её медицинская карьера, но, тем не менее, слов из песни не выкинешь.
Эллу привезли вечером, и тут же отправили в операционную. Зинаида и Арина бегали, выполняя поручения доктора, они тогда были просто практикантками, и, в конце концов, Элла
родила двойню. Мальчика и девочку.
Молодая мать была еле живая после родов, Арина следила за Эллой, как бы что ни случилось, и вдруг, её останавливает в коридоре женщина.
Как она выглядит по-настоящему, Арина не знает, потому что в тот момент на женщине было красное пальто, рыжий парик с густой чёлкой, закрывающей почти всё лицо, и чёрные очки, тоже скрывавшие часть лица.
Увидев эту женщину потом в настоящем облике, она бы ни за что не узнала бы её, а голос почти стёрся из памяти.
- Вы Арина Савченко? – спросила женщина.
