Прыгнула в машину, и помчалась в больницу, чтобы основательно поговорить с Маргаритой Викторовной. Есть у меня одно подозрение, и сейчас я всё выясню.
- Марина, - подбежала я к стойке регистратуры, - как там Маргарита Викторовна Суворова?
- Пришла в себя, но ей ещё долго лежать, - ответила девушка,
и я опрометью кинулась наверх.
- Здравствуйте, Маргарита Викторовна, - заглянула я в палату, - как вы себя чувствуете?
- Здравствуйте, - посмотрела на меня старушка, - гораздо лучше, спасибо. Только как я тут оказалась? Кто меня сюда определил? Это очень дорогая клиника. У меня нет на неё денег.
- Меня зовут Эвива Миленич, - присела я на стул около кровати, и вытащила удостоверение.
- Что случилось? – в глазах женщины отразилось удивление.
- Во-первых, - начала я, - это я вас сюда определила, и вам лечение здесь будет абсолютно бесплатным. Ни о чём не беспокойтесь, только поговорите со мной.
- Но о чём? – испуганно прошептала Маргарита Викторовна.
- О вашей дочери, Элле.
- Не надо, - она закрыла глаза, - я вас умоляю, не надо. Что вы опять хотите? Опять соседка наболтала? Как мне это надоело. Ну, кому могла помешать моя единственная дочь? Её все любили, и просто не могли убить.
- Вы в этом так уверены? – прищурилась я.
- Но кому это надо? Она была ангелом во плоти. Моя девочка, - у Маргариты Викторовны слёзы потекли по щекам, - я её так любила, и мне так её недостаёт.
- Понимаю, - кивнула я, - она была вам дорога. А вы помните Анастасию Голубеву?
- Анастасию Голубеву? – нахмурилась Анастасия Викторовна, кажется, она всерьёз задумалась.
- Вашу клиентку, - подсказала я, - она к вам на массаж ступни ходила.
- Подожди, подожди, - стала припоминать Маргарита Викторовна, - журналистка? За криминальными историями, что, гонялась? Но она давно перестала ходить ко мне. Телефон отключила, и исчезла, словно в воду канула. Наверное, другого врача нашла. Впрочем, я не обижаюсь, вероятно, я что-то не так сделала. Надо не обижаться на других, а на себя со стороны посмотреть.
- Это правильно, - кивнула я, и задумалась.
Похоже, она не имеет ни малейшего отношения к смерти
Анастасии. Но кто тогда? Ведь это была единственная моя
версия.
Моя версия лопалась по швам, и теперь я уже ничего не понимала.
- Выздоравливайте, - вздохнула я, - и ни о чём не беспокойтесь, - я встала с места, и покинула палату.
Стуча каблучками, и, поправляя белый халат, накинутый на плечи, я пошла к лифту. Мимо меня прошла пожилая женщина, отчего-то показавшаяся знакомой, но я не придала значения, и села в лифт.
Кнопки замигали, и я прислонилась к стене, глядя на бегущие огоньки, и зевнула. Макс мне пол ночи спать не давал, и мои глаза закрывались. Телефонный звонок сдёрнул с меня сонливость, и я глянула на дисплей. Маменька.
- Что случилось? – вздохнула я.
- Вика, Вика, скорее приезжай! – вопила маман, - Яна родила! Я стала прабабушкой!
- Обалдеть! – вскричала я, выскакивая из лифта, - а кто родился?
- Мальчик, - вздохнула маман, - мы так рады! И Датские уже приехали. А Игорь от Яны не отходит.
Ехать далеко мне не пришлось, я просто бросилась в другое крыло здания, в родильное отделение.
Яна отколола фортель, желая быть похожей на меня, и кинулась в постель с парнем в пятнадцать лет. И первая об этом узнала, конечно же, я. Яна прибежала в слезах, сказала, что влюбилась, и я приняла огонь бабушки, моей матери, на себя. Вскоре всё успокоилось, а Макс устроил Яну здесь, в клинике.
- Быстрее приезжай! – вопила маменька в трубку, и я, выскочив из-за поворота, постучала пальцем по её плечу, и она чуть телефон не выронила, - ты меня напугала! Так быстро? Ты, была, что ли, здесь?
- Да, пострадал из-за меня один, - махнула я рукой, - один
клиент сунулся рукой в щиток, и я испугалась, как бы этот
браток не снёс мой ресторан, и пришла поговорить.
- И как? – маман проявила участие.
- Всё нормально, - улыбнулась я, - не отказался даже от заказа.
- Отлично, пошли, - она потянула меня за руку, - Ася и Ренат уже тут. Аська, вообще, злится.
- Из-за того, что Янка её так рано бабушкой сделала? –
засмеялась я, - ты-то не злилась, когда она сама Янку и Аринку родила.
- Это ты ей скажи, - хмыкнула маман, и мы влетели в палату.
Ася с недовольным видом сидела на стуле, Ренат стоял около неё, только папа с самым счастливым видом держал на руках малыша.
- Наконец я стал прадедушкой, - воскликнул он, - такой хорошенький.
