— А почему здесь нельзя устроить привал? — поинтересовался Эндрю и вытер пот со лба. — Огонь разведем — гнус поредеет.
Он посмотрел на меня, ожидая поддержки. Мне, конечно, тоже не улыбалось тащиться сейчас в горы. Но, во-первых, всё равно рано или поздно придется. А во-вторых, водопои любят все. И те, кто пьет, и те, кто ест тех, кто пьет. Река в джунглях — объект повышенной опасности. Неизвестно, кто в следующий момент из нее выползет. И кого сожрет.
[1] Берцы — это не только вид обуви, но и верхняя часть ботинок.
[2] Ученики Итонского колледжа ходят без галстуков или носят белые галстуки. Старшеклассники получают право носить белую бабочку. А вот выпускники Итона, «старые итонцы», носят галстук с чередующимися черными и голубыми полосами. Старые итонцы образуют отдельное закрытое сообщество-братство, и итонский галстук своего рода пароль для пропуска в высшие сферы Великобритании.
[3] Занятия спортом занимают у учеников Итона от трех часов в день. Многие отмечают очень высокий конкурентный прессинг в школе. Призы, полученные в конкурсах и соревнованиях внутри школы, ценятся зачастую выше, чем любые другие достижения.
[4] Скаутское движение зародилось в Великобритании.
— Я тоже думаю, что нам лучше идти, — извиняющимся тоном ответила я.
— Кончайте с ним сюсюкать! — скорчил брезгливую физиономию Отавиу. — Не хочет идти — пусть остается! Никто не заставляет.
— Мне кажется, кто-то встал не с той ноги, — заметила я.
— Потому что я предпочитаю вставать с бабы! — рыкнул колумбиец.
— Надо же, какие подробности интимной жизни, — невинно прокомментировал Брайан. — Я, может, в нормальной жизни без кофе и овсянки утро не начинаю. Но я же не выношу тебе мозг из-за их отсутствия.
Колумбиец выразительно посмотрел на меня.
Я ждала.
Мне было, что рассказать о разнице между «бабой», с которых вставал по утрам колумбиец, и мной. Но, черт подери, рядом с этим козлом двое мужчин. На первый взгляд. А если делать за мужчин мужскую работу, недолго и в бабу превратиться.
— Отавиу, оставьте девушку в покое, — вступился за меня мой криворукий рыцарь Эндрю.
Не хотела бы я оказаться рядом, когда у него в руках окажется меч. И врагу бы не пожелала. Но, в конце концов, рыцаря делают не подвиги, а помыслы.
— Выйдем к цивилизации, доберешься до квартала красных фонарей, и будет тебе баба. Угощаю! — добавил Уэйд.
Брайан, конечно, не рыцарь. По части помыслов. И не мой. Пока. Но, пожалуй, стоит рассмотреть вариант. Не всерьез, разумеется, а так, на время отдыха. А что касается меча, то к вооруженному Брайану я врагам тоже без нужды лезть не советовала бы. Но уже по другой причине. Что-то мне подсказывает, что с холодным оружием он управляется не хуже, чем огнестрельным.
— Давайте уже пойдем, — мужественно предложил Додсон, поднимая рюкзак на плечи.
— Что, очко играет одному оставаться? — насмешливо полюбопытствовал колумбиец, который сегодня явно напрашивался.
Мне припомнилось, как жадно он высасывал сигареты после приземления. Может, у него закончились «волшебные палочки», и он не знает, как улететь в свою сказочную страну Оз? А что будет, когда у него полноценная ломка начнется, если начнется? Заначка пилота могла бы спасти ситуацию. Впрочем, неизвестно, насколько забористой была его дурь. Ферран и так не слишком дружит с башней. А если она улетит?
Как он со своими вредными привычками играет в футбол?
Сдается, кто-то врет по поводу профессии. Или нынешнего места работы.
— Для мужика, который имеет привычку вставать с бабы, ты слишком активно интересуешься чужим очком, — беззлобно заметил Брайан и легко закинул свою поклажу на спину. — А давайте действительно пойдем. Раньше выйдем, раньше встанем.
И мы пошли.
К счастью, по эту сторону реки было и правда суше, и довольно быстро стало забирать в гору. Брайн теперь шел первым, указывая направление, и я держалась за ним. За мной шел американец, замыкал недовольный колумбиец.
Вынужденный перерыв ненадолго помог плечам. Но вскоре, особенно когда крутизна склона подскочила, стало еще хуже. Пот струйками стекал по спине под пояс брюк. Хорошо, что ткань шаровар была цветастая, и мокрое пятно на ней было незаметно. И я поняла, почему Рембо и ему подобные носят повязку на лбу. Потому что по лбу тоже текло. Едкие капли, как ни старайся, попадали в глаза. Черт!
— Привал! — крикнул за спиной колумбиец.
Брайан остановился, оглянулся и тоже вытер лоб. На лонгсливе в районе подмышки мелькнуло темное пятно. О, боже мой, аристократы тоже потеют?!
— Что, устал? — спросил аристократ, почти не запыхавшись.
Я же дышала, как лошадь после скачек. И лицо, наверное, было красное, как свекла. Вот красавица! Вовремя я решила позволить Уэйду себя соблазнить. Сейчас меня только и соблазнять. Самый сок! После соковыжималки.
— Отлить надо, — беззаботно отозвался Ферран.
