Блуждающая реальность полностью

Соединенные Штаты и СССР заключают договор о создании единого огромного суперкомпьютера как центрального источника информации, доступного для всего мира; это необходимо, поскольку переработка огромных массивов информации становится непосильной.

1993

В лаборатории, возможно, в СССР, впервые создана искусственная форма жизни. Это снижает наш интерес к поиску жизни на других планетах.

1995

Использование компьютеров обычными гражданами (доступное уже в 1980 году) превращает широкие массы из пассивных телезрителей в специалистов по обработке информации, высокообразованных людей с живым и ясным умом.

1997

Первые «купольные» колонии успешно основаны на Луне и на Марсе. При помощи модификаций ДНК создаются квазимутанты, способные выжить в неземных условиях, т. е. на других планетах.

1998

Советский Союз испытывает силовую установку, способную придать космическому кораблю скорость света; пилотируемый корабль отправляется к Проксиме Центавра. Вскоре за ним следует американский.

2000

Инопланетный вирус, занесенный на одном из межпланетных кораблей, массово уничтожает население Земли, но колонии на Луне и на Марсе остаются незатронутыми.

2010

Используя тахионы (частицы, движущиеся назад во времени) как носители, Советский Союз пытается проникнуть в прошлое и изменить его при помощи имеющейся научной информации.

Филип К. Дик – автор 48 романов и 150 рассказов, по книгам которого сейчас находятся в производстве четыре фильма. Лауреат премии «Хьюго», Мемориальной премии Джона У. Кэмпбелла, французской премии Graoully d’Or, премии Британской ассоциации научной фантастики и премии журнала Playboy в категории «Лучший автор-прозаик 1980 года»[75]. В феврале этого года издательство Bantam выпускает его новый роман «ВАЛИС», а в апреле в Simon & Shuster выйдет продолжение – «Всевышнее вторжение». Лондонская Times пишет о нем: «Рядом с Филипом К. Диком, одним из самых оригинальных авторов во всех прозаических жанрах, представители европейского авангарда выглядят нарциссами, давно зашедшими в тупик». Живет в Санта-Ана, округ Ориндж, Калифорния, более двух лет является подписчиком SelecTV[76].

Научно-фантастические фильмы отлично выучились нас дурачить. Словно покрывало майи, отдел спецэффектов в Голливуде ныне способен симулировать все, что ум в силах вообразить, а вы будете думать, что все это по-настоящему. Не довольствуясь уничтожением целых планет, изобретательные сценаристы и режиссеры скоро представят нам причудливые новые вселенные, полные соответствующих обитателей. Не пропустите! Что бы вы там ни думали о внешности инопланетян, правда окажется намного хуже. То, что вылезло из груди Кейна в «Чужом» – не вершина длинного ряда монстров, а лишь его начало.

Спецэффекты для научно-фантастических фильмов требуют огромных денег. Раз за это платят, значит, секрет прибыли именно здесь. Не в сюжетной линии: с тех пор, как нас покинул Хичкок, Голливуд утратил вкус к сюжетам. Зачем вообще сюжет, если есть спецэффекты? Историю заменили графические, визуальные образы. Авторы научно-фантастических романов об этом знают и ворчат; писали они одно – а зрители видят в кино совсем другое. Но так и должно быть. Ведь здесь нам уже не рассказывают историю – мы видим ее своими глазами.

Ридли Скотт, режиссер «Чужого», сейчас снимающий фильм с бюджетом в 15 миллионов по моему роману «Мечтают ли андроиды об электроовцах?», в интервью журналу Omni[77] признался, что мой роман «тяжело читается», и это несмотря на факт, что книга массово издана в бумажной обложке. С другой стороны, читать сценарий будущего фильма (он будет называться «Бегущий по лезвию») мне было очень даже легко. Отличный сценарий. Никакой связи с книгой. Кое в чем он, пожалуй, лучше. (Мне еще пришлось потратить кучу времени, чтобы его раздобыть. Никто из команды, работающей над «Бегущим по лезвию», ни разу со мной не связался. Но все нормально; я ведь тоже с ними не связывался.) На экране моя история превратится в масштабную и бессвязную толкотню андроидов, которые то взрываются, то нападают на людей, в массовые убийства, общее смятение и хаос: увлекательное зрелище![78] Моя книга в сравнении с этим чертовски скучна.

Но вы и не захотели бы увидеть на экране мой роман, в котором сплошные разговоры да личные проблемы главного героя. Такие вещи на экран не перенесешь. Да и зачем переносить, если роман – это история в словах, а кино – событие, однокоренное с кинетикой? Не случайно же кино так назвали. Оно движется. Так что я не возражаю.