Любопытная от природы, она заглянула внутрь через небольшое отверстие в ставнях. Внутри она разглядела зверей: юных мышей, кротов, белок и ежей. Один мышонок, чуть старше остальных, что-то рассказывал. А рассказывал он историю, а все остальные внимательно слушали его и запоминали каждое слово. Из своего уголка снаружи слушала и Грив…
Рассказчик, молодая мышь, по имени Биски, сам был захвачен историей. Едва не выпрыгивая из маленькой кровати, одной лапкой он сделал несколько непонятных жестов над головой, а другой – выпад вперёд, будто держа настоящий кинжал, и нанёс колющий удар.
Одновременно, мышонок рассказывал своим друзьям, широко раскрывшим глаза:
– Раз, два, три, четыре! принц Гонф украл драгоценные камни, которые были у статуи глазами. Да, товарищи, старина Гонф стащил их! Запросто взял и стащил глаза Великого Идола Болотных Огней!
Диббун ежонок (диббунами называли самых младших рэдволльцев) перебил рассказчика:
-А почему он это сделал?
Фринтл, его старшая сестра, нетерпеливо вздохнула:
-Да потому что он был Королём Воров, глупые колючки!
Биски уже привык к тому, что диббуны всегда перебивают, и продолжил рассказ:
-Так вот, потом за Гонфом погнались ужасные злодеи, но он только рассмеялся: «Ха, ха, ха!», и легко сбежал от них…
-А что это был за идол с глазами?
Биски посмотрел вниз, где, из-под кровати высунул голову кротёнок. Кроты говорили на своём странном диалекте, поэтому рэдволльцы не всегда могли их понять.
Мышонок улыбнулся:
-Это был Великий Идол Болотных Огней, большая статуя с четырьмя глазами. Это были драгоценные камни, поэтому-то Гонф Король воров их и украл.
Кротёнок – диббун, которого звали Дагри, согласно кивнул:
-Урр, понятно. Но куда мистер Гонф спрятал камни?
Биски широко развёл лапы:
-Он принёс их в аббатство Рэдволл!
Дагр подумал, прежде чем спросить:
-Хурр, а где именно эти камни?
Мышонок терпеливо объяснил:
– Никто не знает, где глаза великого Идола, потому что Гонф их спрятал.
Маленькая ежиха Фринтл лукаво посмотрела на Биски:
– Ну я предполагаю, что ты тоже не знаешь, где их искать.
Рассказчик покачал головой.
– Нет, потому что они спрятаны в очень секретном месте. Но когда-нибудь я их обязательно найду, вот увидите!
Бельчонок Двинк, ровесник Биски, насмешливо фыркнул:
– Биски – врушка и болтушка! Ну сознайся, что всё это ты выдумал! – С этими словами он кинул в мышонка подушкой, попав тому по голове. Биски кинул подушку обратно, но промазал.
– Это не враки! Это мне рассказал Сэмолюс, он говорил, что это правда!
Диббуны ничто не любили так сильно, как бой подушками по ночам. В мгновение ока спальня превратилась в поле битвы. Малышня и те, что постарше, вопили, свистели, улюлюкали, метая и бросая друг в друга подушками.
Сорока Грив, находящаяся снаружи, услышала каждое слово. Не обращая внимания на ужасную ночь, она полетела вперёд в поисках места, где её информация могла оказаться полезной. Как и все сороки, Грив всегда надеялась на подобную возможность.
А в это время в спальне подушечная баталия достигла пика, малышня расшумелась не на шутку. На том же этаже, что и спальня Диббунов, находился лазарет аббатства и больничное крыло. Брат Торилис, травник и целитель аббатства даже не стал стучать. Решительно войдя в спальню, он оказался в самой гуще хаоса. Подняв лапу, он поймал одну из подушек. В комнате сразу же воцарилась тишина, нарушенная лишь маленькой полёвкой, свалившейся со шкафа на кровать, где он теперь лежал под пристальным вниманием остальных. Кружась в воздухе, на пол мягко спланировали несколько перьев из подушек, но глаза всех были сосредоточены на высокой, мрачной фигуре белки-травника. Его голос звучал тихо, но в нём чувствовалась некая угроза.
– Что, во имя всех сезонов, тут происходит? – Ответа не последовало, поэтому Торилис продолжил. – И кто, позвольте спросить, ответственен за подобное веселье?
Ледяной взгляд Торилиса обвёл спальню, задержавшись на юной ежихе Фринтл. Она сжалась, подобно цыплёнку перед змеёй, не в силах выдержать этот взгляд. Лапка Фринтл вытянулась в направлении Биски:
– Эт-то всё он, брат Торилис, – залепетала она, – он рассказывал всякие выдумки, он всё начал, честно-честно!
Смотритель лазарета повернулся к виновнику.
– Я должен был догадаться. Тебе, как одному из старших в спальне, пора бы уже знать правила. Ты должен показывать пример, а не вести себя подобно сумасшедшему.
Биски закусил губу от вопиющей несправедливости. Ведь подушечный бой начал Двинк! Мышонок попытался всё объяснить:
– Но ведь…
Суровый тон брата Торилиса перебил его:
– Тишина! Ни одного слова больше, ты, невоспитанный юнец! Завтра же, сразу после завтрака, ты предстанешь перед аббатом!
Биски знал, что спорить бесполезно. Никто в аббатстве, особенно малыши, не осмеливался спорить с постоянно угрюмым братом Торилисом. Взамен этого, мышонок лишь грустно посмотрел на Фринтл.
– Немедленно по своим кроватям и спать сейчас же, всем! – с таким последним распоряжением Торилис покинул спальню. Как только за ним закрылась дверь, Двинк повернулся к ежихе Фринтл:
– И почему ты не могла помолчать?!
