Амфри зашарил в темноте. Он обнаружил открытый мешок с пробками и запустил одной в сторону Двинка. Та угодила бельчонку прямо в открытый рот.
– Тьфу! Кто это сделал?
С самым невинным видом Амфри указал на Биски.
– Это все он, он и в меня швырялся пробками.
Двинк бросился на Биски, который в ответ сделал то, чего бельчонок никак не мог вынести. Он защекотал кончик пушистого беличьего хвоста.
-Ай-яй-яй-прекрати-это-немедленно!
Биски отлетел прямо к Амфри. Двинк прыгнул на них обоих. Хихикая, щекоча, щипаясь и визжа, трое друзей катались по полу в полной темноте. Случайно они врезались в груду бочек, которая громыхнула и угрожаще накренилась.
-Поберегись, они падают!
Пустые бочки, падая и раскатываясь по погребу, издавали звук, похожий на грохот сотен барабанов. Громкий шум смолк, и вскоре снова воцарилась тишина. Двинк продвигался наощупь в темноте, взывая.
– Фонарь погас, эй, вы целы, ребята?
Хорошенько почихав и откашлявшись от пыли, Амфри произнес.
– Ух, бедная моя головушка трещит, но зато я сижу рядом с ревеневым пудингом, так что со мной все в порядке.
Двинк шагнул вперед, запнулся о бочонок и приземлился прямо к Амфри на колени.
– А где Биски?
Амфри пробормотал с набитым ртом.
– Не знаю.
Неуклюже ковыляя к проходу и спотыкаясь, Двинк схватил фонарь со стены и заспешил назад, крича,
– Биски, дружище, ты где, ответь!
В ответ раздалось сдавленное мычание.
– Нуууунх!
– Он там, я нашел его! – крикнул Амфри.
Двинк поднял фонарь, пробираясь через груды бочонков к дальнему концу стены. Амфри поставил прямо два бочонка, указывая куда-то вниз.
– Засвети фонарь, он где-то там!
В тусклом свете фонаря Биски был ясно виден. Он свалился в какую-то дыру в полу, его задние лапы болтались в воздухе.
Двинк нашел на стене крюк и повесил на него фонарь.
– Держись, приятель, мы идем. Амфри, сюда, давай оттащим эти бочки, чтобы мы могли добраться до него!
Позабыв об ущибах и царапинах, двое товарищей яростно откатывали бочки в сторону, пока не расчистили проход.
С большим облегчением Биски закричал.
– Сюда, дайте лапу, поглядите, что я нашел!
В углу обнаружился проход и небольшая каменная лесенка в пять ступеней. Выглянув наружу, Биски выпрямился, его глаза заблестели в свете фонаря, когда он указал на старинную железную дверь. Мышонок громко воскликнул.
– Поглядите же, это дверь, дверь с замочной скважиной. И знаете что?
Он поднял повыше какой-то предмет, его голос был хриплым от восторга.
– Я нашел ключ!
По-прежнему стояла ночь, но до рассвета оставалось не более двух часов. Сороки, Грив и Инчиг, сидели на травянистом склоне глубокого карьера. Это была старая каменоломня, служившая логовом аспидам много лет назад. Далеко внизу два ужа и жаба двигались ко дну каменоломни, обходя выбоины и большие лужи, оставшиеся после сильных дождей.
Инчиг с любопытством склонил голову.
– Рааак! Именно здесь живет огромный Балисс?
Грив указала на заросший пушистой сурепкой и белой ясноткой район у подножья северной стены каменоломни.
– Карраа! Под этими зарослями много потайных ходов. Там-то, в пещерах и туннелях, и живет Балисс.
Инчиг смотрел, как три рептилии прокладывают путь через заросли. Напыжившись от важности, сорока зашагала по склону карьера.
– Кайарр! Нам тоже надо туда идти?
Грив мрачно глянула на него.
– Йикк! Попробуй, если ты достаточно глуп. Я остаюсь здесь, чтобы сделать то, за чем нас сюда послали. Смотреть и ждать.
Инчиг, утратив всю свою напыщенность, уселся рядом с подругой.
– Хааайак! Мы должны выполнять приказы.
Жаба мигнула, глядя на черный провал прямо перед ней. От этого входа тянуло опасностью. Непонятный затхлый запах, полная тишина и непроницаемая темень. Жаба заковыляла прочь, но была резко остановлена беспощадными ударами тупоносых змеиных морд. Прежде ужи не обращали никакого внимания на свою толстую, раздувшуюся спутницу, время от времени просто убеждаясь, что она идет с ними и движется в нужном направлении. Разумеется, ничего не подозревающая жаба была тщательно загипнотизирована опытной Сикарисс. Но перед таинственным черным провалом жаба испугалась. У ужей тоже были свои приказы. Они безжалостно напали на перепуганную рептилию, шипя и кусая ее своими клыками. У несчастной жертвы не осталось никакого выбора; она неуклюже запрыгала вперед, спасаясь от острых клыков. Прямо в провал, неловко скатившись вниз по скрытому в темноте крутому склону.
Ужи отползли на небольшое расстояние. Они переплелись и причудливо изогнулись, замерев в такой позе. Притвориться мертвым считалось хорошей уловкой у ужей, которым угрожала опасность.
