– С чего бы покорно отдавать чужакам наши земли?! Мы жили здесь испокон веков, пока вы не пришли забрать всё, что принадлежало нам!
Как казалось Джейн, на эти слова Куаны уж точно нечего возразить: упрёк был более чем справедливым. Тем не менее Джереми ничуть не потерялся.
– Да, мы пришли и пришли уже давно, а вы до сих пор не поняли, что ничего уже не будет по-прежнему – только скулите и вините нас во всех своих бедах!
Я родился на этой земле, и она такая же моя, как и ваша. В чём разница?
– Утихни, Бейкер! – Осадив Джереми, маршал встал между ним и Куаной. – Наглотался виски и полез на рожон.
Он обернулся к притихшему Нокоату, который не решался даже поднять глаза.
– Где дом, где мы сможем переночевать? Отведи нас, пока эти спорщики не переполошили всю резервацию.
– Конечно, добрый господин, конечно… – заторопился кикапу. – Мы уже почти на месте. Вон, видите?
Проводник указал на маленький дом, такой же невзрачный, как и все остальные.
– Хижина старухи Вестаны. Там только она живёт да её мальчишка, так что никто вам не помешает, не побеспокоит. Идёмте, идёмте! Старуха она чудаковатая, зато накормит хорошо, а там и от мистера Такера наверняка что-то подоспеет для дорогих гостей…
Пусть хижина и была скромной, путники обрадовались крову над головой. После долгой дороги любая передышка становилась долгожданной. Вестана, дряхлая седовласая индианка, проводила Джейн в отведённую ей комнату.
– Здесь будет вам ночлег.
Говорила она старческим глуховатым голосом и совсем мало, избегая смотреть на непрошеную гостью. Слова на чужом для Вестаны языке давались ей с очевидным трудом.
– Иди, Вестана, приготовь для всех обед, – распорядился Нокоат. – А правнук твой пусть поможет мистеру Ривзу разместить пожитки.
Недовольно прошамкав что-то, старуха вышла за дверь.
– Мистер Такер прислал для гостей сундуки с одеждой: в дороге-то всё запылилось, – Нокоат мазнул взглядом по фигуре Джейн, задержавшись на шее, где висел кулон. Не успела Джейн насторожиться, инстинктивно прикрывая овальный синий камень ладонью, как индеец расплылся в льстивой улыбке. – Отдыхайте, леди. Никто вас не потревожит.
Дождавшись, пока за Нокоатом закроется дверь и шаги стихнут, Джейн опустилась на кровать.
Прислонилась к стене, проведя пальцем по грубо обтёсанным деревянным доскам, закрыла глаза. Прислушалась: на улице потрескивал костёр, со двора доносились приглушенные переругивания Ривза и Бейкера.
«Значит, спор продолжается… Надеюсь, уже не при Куане. Было заметно, что он едва сдерживается…»
Сама Джейн не знала, чью сторону заняла бы в споре. Она понимала позицию колонистов, и не потому, что являлась одной из них, просто уже успела уяснить, что история всегда строится на крови. «Мы прокладываем новые пути силой, не щадя ни себя, ни других, и всегда будут те, кто пострадал… Это неминуемо, – размышляла Джейн. – Нет смысла ждать от завоевателей снисхождения – надо либо бороться, либо смириться». В то же время она признавала, что переселенцы, отправившись к новым землям, меньше всего задумывались о людях, которые уже их занимали. Кто-то искал лучшей доли, кто-то грезил о золоте, но никто даже не представлял, что Америка – это не чистый лист, на котором можно написать свою историю. «Мы грубо вмешались, переиначили всё на свой лад… И я понимаю, почему индейцы всегда будут считать нас врагами». – От этой мысли ей стало горько.
Углубиться в печальные думы не вышло: в дверь тихо постучали, и Джейн, вздрогнув от неожиданности, ответила:
– Можно войти.
На пороге стоял Куана.
– Я пришёл поговорить, Джейн Хантер. И тебе известно, о чём.
Она украдкой вздохнула: хоть и понимала, что этот разговор неизбежен, подготовиться к нему всё равно не успела.
– Я расскажу, только… Куана, пообещай, что не станешь претендовать на артефакт. Он очень нужен мне, потому что…
Голос подвёл её, и она запнулась.
– Я не могу ничего пообещать, – отрезал Куана. Увидев смятение на лице Джейн, он смягчился: – Если ты говоришь о стремлении присвоить чужое богатство, знай: такое мне чуждо.
«Это если считать, что артефакт принадлежит мне… – разволновалась она. – Куана может решить, что у него больше прав, ведь змея наверняка создали индейцы».
Считывая её переживания, он добавил:
– Ты всё равно не сумеешь утаить истину. Тот, кто получил от духов силу, может почувствовать, что ты держишь при себе нечто особенное. Исатаи – мудрый шаман, он сразу ощутил, что ты хранишь вещь, чья мощь тебе неведома. Я тоже ощущаю, хоть и не так ярко.
– Значит, вы… – осознание накрыло удушливой волной. – Это вовсе не духи велели тебе следовать моим путём! Ты лишь задумал подобраться поближе к змею!
– Ты зря торопишься обвинить меня. Я здесь действительно потому, что такова воля духов, только…
– Я думала, вы хотели отблагодарить нас за помощь с Чони! – перебила Джейн. Она и сама не знала, отчего ей сделалось так обидно. – А вы преследовали свою цель…
Индеец слегка поморщился.
