— Как я уже говорил, человеческая женщина Мария была беременна, и она должна была родить…
— В данный момент мне не нужно слышать остальную часть истории.
Это было похоже словно ему неоднократно давали пощёчины. Паун открыл свои мандибулы, а затем закрыл их. Он был раздражен, поэтому прервал Клбкча, прежде чем Ревелантор смог заговорить:
— Почему всё это важно, Ревелантор Клбкч? Почему Боги — это проблема, требующая столь пристального внимания?
Клбкч выдержал паузу.
— Это не твоя забота. Это секретная информация.
— Я хотел бы её знать.
— Тебе её не сообщат. Достаточно. Мой следующий вопрос…
— Я должен узнать. Если я этого не сделаю, я могу случайно совершить ошибку.
Паун выдержал взгляд Клбкча, когда другой антиниум поднял голову и уставился на него. Спустя секунду Ревелантор, казалось, пришел к решению.
— Все, что тебе нужно знать, это то, что существование Бога связано с существованием антиниумов на континенте Рхир. Хотя с тех пор антиниумы изменились, моя изначальная задача как Сентиниума напрямую связана с Богами в частности. Это превосходит всё другие мои поручения; отсюда и мои вопросы. Вот и всё.
Паун чувствовал, словно у него должна отвиснуть челюсть, как это время от времени происходило с Эрин.
— Сентениум? Я не знаком с этой ролью. Что…
— Достаточно.
Клбкч остановил Пауна взмахом руки. Он размышлял, слегка щёлкая своими мандибулами, пока Паун нетерпеливо ёрзал на своём месте. Наконец, Клбкч кивнул.
— Я убедился, что этот Бог не похож на… он не представляет непосредственной угрозы.
— В каком смысле?
— Я не уверен. Но поскольку о его существовании знают только Эрин и, возможно, Риока Гриффин, я воздержусь от вынесения решения, пока не смогу поговорить с ними. Ты не будешь казнён.
Паун с надеждой поднял взгляд.
— Тогда…
— Однако я запрещаю молиться этому… Богу. Мой приказ остаётся в силе: ты также не должен рассказывать другим Рабочим об этом Боге.
— Но почему?
Не что чтобы что он молился этому Богу до этого. Но когда ему без причины сказали этого не делать… Паун почувствовал, как в нём снова начало расти раздражение.
— Могу я узнать ваши доводы, Ревелантор Клбкч?
Клбкч постучал по рукояти своего меча один раз, затем второй.
— Есть несколько вопросов, которые остаются для меня без ответа. Если этот Бог — создание, сотворившее людей, то откуда взялись антиниумы? Являемся ли мы творениями этого существа, или… нет?
— Бог создал всё сущее.
— В мире Эрин. Но не в этом.
Паун открыл свои мандибулы… и закрыл их. Он не мог подобрать на это ответа. Клбкч кивнул.
— Это наш Бог? Примет ли он антиниумов?
— Я не знаю. Но я мог бы узнать.
Если Бог, которого можно спросить, существует. Если он получил этот класс не случайно. Если Бог ответит. Паун не сказал ничего из этого вслух, но Клбкч покачал головой.
— Нет.
— Но…
— Я продолжу опрос завтра. У меня есть обязанности, но я продолжу задавать вопросы об отношениях между этим Богом и антиниумами. До тех пор ты свободен.
Паун хотел что-то сказать. Он хотел накричать на Клбкча или встряхнуть его. Но Ревелантор встал, и Пауну оставалось только подчиниться.
***
Был ли это Бог для антиниумов? Какая разница? Это было не самое важное!
Паун сердился, топая по грунтовым коридорам. Кого волновало, имеет ли Бог физическую форму? Пауна волновало спасение, мысль о том, что… что есть прощение! Что есть Рай, и даже больше… есть кто-то, кому не всё равно.
Не важно, что это был Бог для людей.
Так ведь?
Паун столкнулся с двумя Рабочими. Он извинился, а затем задержал очередь позади себя на несколько секунд, пока раздумывал, куда пойти. Время приёма пищи его смены Рабочих уже прошло, и еда там была не всегда. Он мог бы подняться на поверхность, но Паун был в слишком плохом настроении, чтобы делать это прямо сейчас. Он хотел еды, покоя и тишины…
Не успел Паун опомниться, как оказался в солдатской столовой. Он не знал почему, но как только Солдаты вошли в зал, он встал в очередь и взял миску.
— Дайте мне только треть порции, пожалуйста.
Рабочий уставился на Пауна, но он сделал всё, как было велено. Паун отнёс свой контейнер к столу с двумя Солдатами, совершенно не обращая внимания на молчаливые взгляды, которыми его встречали. Он был слишком зол, чтобы беспокоиться.
— Это не важно. В этой истории есть нечто большее, — пробормотал себе Паун, пока ел.
Два Солдата пялились на него, но Пауну было всё равно. Он ел сегодняшний паёк и чувствовал себя даже хуже, чем раньше. Плохая еда, несправедливый Ревелантор…
Это действительно было неправильно. Он был всего лишь Рабочим, но Паун знал, что когда-то он был счастливее. Когда он приходил в трактир Эрин, ему не угрожали, и он мог свободно говорить. Его кормили хорошей едой, и она рассказала ему истину.
Он огляделся. За столами вокруг него сидели и спокойно ели Солдаты. Они тоже были в ловушке, не так ли? Вынуждены есть эту отвратительную пищу, не имея ничего, на что можно было бы ориентироваться.