Мечи, кости, сгнившая ткань. Яма представляла собой огромную могилу из тел, трупов и пожелтевших костей – всего, что осталось от бесчисленных авантюристов, попавших в эту ловушку. Время уничтожило почти все детали этих павших разумных, но Церия всё ещё могла видеть некоторые подсказки о том, как они погибли. Череп, расколотый изношенным древком топора; скелет, разрубленный на две части вот там; и тот, чьи кости выглядели обожжёнными…
— Какой кошмар.
Церия вздрогнула, когда Ксмвр встал рядом с ней. Она посмотрела на антиниума и увидела, что он держался за раненый бок, где была содрана изрядная часть хитина.
— Ты в порядке, Ксмвр?
Он кивнул.
— Я испытываю лишь умеренные неудобства, Капитан. Как только вы закрыли магический символ, я вновь обрёл контроль над своим разумом.
— Хорошо. Это… хорошо.
Церия вдохнула и выдохнула ещё несколько раз. Она всё ещё помнила, как была безумна, помнила ощущение потери всех структур в своей голове. Она посмотрела на Ксмвра, а затем вспомнила, что всё ещё полуголая.
— Где мои штаны? И мой пояс… ты видел их, Ксмвр?
Он кивнул.
— Я снял их, чтобы сделать вам повязку. Приношу свои извинения. Они здесь.
Антиниум достал вещи Церии, и она со вздохом облегчения надела штаны. Антиниум вырезал большую полосу на одной из ног, хотя какая-то одежда была всё же лучше, чем никакой. Она села на пол и начала прикреплять пояс.
Что ещё важнее, вместе с поясом Церии вернулась фляга с водой и зелье лечения, которое она принесла. Она жадно отпила воду из фляги, а зелье предложила Ксмвру. Он нанёс половину на свой израненный бок и передал его обратно Церии. Она помедлила, а затем выпила зелье, вместо того чтобы наносить его на каждую из своих ран.
— Гах! Какая же мерзость.
Церия отшвырнула пустую бутылку в сторону и поморщилась, когда та разбилась. Ксмвр помедлил, а затем сел рядом с ней.
— Нам попалась самая опасная ловушка.
— Вы так думаете?
— Думаю.
Полуэльфийка покачала головой.
— Мы чуть не погибли. Если бы не моё наследие и удача… как долго мы находились под действием заклинания?
— Не могу сказать.
Ксмвр перевёл взгляд на Церию. Его обычно бесстрастный голос слегка изменился, в нём появилось немного неуверенности:
— Как вы думаете, это заклинание ещё долго будет действовать на Фишеса и Йивлон?
— Я не знаю.
Церия потёрла лицо.
— Может быть? Возможно, оно скоро ослабнет, но никогда не знаешь. По крайней мере, это было не настоящее безумие, а заклинание.
— О?
Ксмвр посмотрел на неё. Церия устало кивнула, чувствуя, как зелье начало действовать на остальные части её тела.
— Это просто магический эффект. Настоящее безумие… нужно быть магом получше, чтобы действительно вызвать безумие у разумных. Это просто… приближение. Заклинание проникает в сознание и путает восприятие мира. Это близко, но не то же самое.
— Понятно. Это объясняет мой опыт.
Антиниум несколько раз кивнул, садясь рядом с Церией. Он помедлил, а затем неловко прочистил горло.
— Если бы заклинание вызвало во мне настоящее безумие, я бы сразу стал Аберрацией. И тогда я бы убил всех вас троих в течение нескольких секунд.
Церия просто смотрела на него. И что она должна на это ответить? Но, возможно, так Ксмвр хотел сказать, что он рад, что всё наладилось. Полуэльфийка задумалась на секунду, а затем посмотрела на то место, где он разрезал её штаны.
— Ксмвр? Ты сказал, что сделал для меня повязку?
Он кивнул. С осторожностью.
— Да. Я был… не в состоянии сделать больше. Я сожалею о своём бездействии, но…
— Хорошая работа.
— О. Спасибо.
***
Церия и Ксмвр сидели в тишине более двадцати минут, прежде чем Фишес очнулся. Он пришёл в себя с выкриком удивления, которое перешло в стон.
— Моя голова…
По виду он был вменяем, но Церия и Ксмвр были готовы ко всему, когда он, пошатываясь, поднялся на ноги. Фишес оглядел сначала их, затем кости и грязную яму, в которой они находились, а после этого спросил, есть ли у них что-нибудь поесть. Это заверило их, что он пришёл в норму.
У Церии было своеобразное отношение к костям: ей не нравилось их видеть, особенно если это были её кости. Если добавить к этому общую антисанитарию ямы с чёрной непонятной субстанцией, покрывавшей каждую часть помещения, то она чувствовала себя весьма недовольной их нынешним положением. Но Фишес, казалось, рассматривал мёртвые тела просто как мебель, и он с удовольствием запихнул в рот немного сушёного мяса.
— Значит, вы с Ксмвром устранили заклинание? Очень эффективно. Позвольте мне поздравить вас обоих. Я был полностью поглощён чарами. Кстати, какова была моя реакция на заклинание [Безумия]?
— Ты думал, что ты – это твой отец.
Фишес на мгновение прекратил жевать.
— Ах.
— И ты пытался прогнать и меня, и Йивлон через тренировки.
— Я прошу прощения за это. Я рад, что был не очень в этом эффективен.
Он медленно прожевал остаток кусочка и проглотил его, уже не выглядя таким довольным. Фишес покосился на Йивлон. Она всё ещё пускала слюни на верёвку на запястьях и выглядела более чем бешеной.
— …Возможно, нам стоит уйти, пока твоя грязь не рассеялась. Я бы не хотел повторения такого мучительного опыта.