Такие мысли приводили Пауна в ужас. Он не был лидером. Однако в каком-то смысле он всё же им был. Более того, он нужен тем, кто попал под его командование. Паун как минимум должен позаботиться о том, чтобы они не умерли от ран.
Да, каждый Солдат, стоящий в боевой готовности, технически был ходячим или, скорее, стоячим раненым. Разумеется, они не показывали никаких признаков боли, несмотря на то что у некоторых из них были расколоты каркасы или отсутствовали конечности. У одного Солдата отсутствовал правый глаз, но он смотрел на Пауна как ни в чём не бывало.
Но, по крайней мере… они сейчас здесь, с ним, а не сражаются, как обычно. Несмотря на то что Солдаты были ранены, Паун знал, что, если бы не он, их бы всё равно назначили на боевое дежурство.
Даже самый тяжелораненый Солдат мог сражаться после нескольких дней отдыха. Разумеется, у них не хватало конечностей, но это не имело значения, когда они бросались в бой. Паун запросил мерзкую жгучую жижу, чтобы начать регенерацию частей их тел, но она была драгоценным ресурсом, и Солдатам всё равно понадобятся недели или даже месяцы, чтобы отрастить конечности.
Как бы то ни было, что делать Пауну? Он смотрел на своих Солдат, а они смотрели в ответ. Он не может послать их в бой. Просто не может.
И всё же они были под его ответственностью. Он должен сделать из них что-то. Так сказал ему Клбкч. Это было испытание…
И Паун понятия не имел, как его пройти. Он знал, как его провалить, но что он мог сделать с Солдатами? Всё, что он уже сделал, – это дал им ложную надежду…
И тем самым убил многих из них.
Паун покачал головой, и Солдаты, казалось, выпрямились ещё больше. Прошло пять минут, с тех пор как он вошёл в столовую и увидел, что Солдаты его ждут. Он должен отдать им приказ, Паун это знал. Они нуждались в руководстве.
Рабочий нерешительно прочистил горло.
— Сегодня вам не нужно будет сражаться.
Солдаты просто продолжали смотреть на него. Чувствовали ли они облегчение? Разочарование? Смущение? Паун не знал. Их лица были для него так же нечитаемы, как лица всех антиниумов для других видов. Но он знал, что у них есть чувства.
— Эм… просто занимайтесь своими повседневными делами. То есть…
Паун сделал паузу. Он должен быть лидером. Поэтому он добавил твёрдости в свой тон:
— Принимайте пищу, как обычно. Однако, поскольку вы не назначены ни на какой пост, возвращайтесь в казармы и отдыхайте. Я… найду для вас занятие, постараюсь навещать вас и рассказывать вам истории. Хорошо?
Солдаты ничего не ответили. Но они повернулись и тут же начали выходить из помещения, направляясь к казармам. Паун смотрел, как они уходят, обмякая от облегчения.
По крайней мере, они его послушали. Но держат ли они на него обиду за то, что он рассказал им о Боге и Рае? Сожалеют ли они о своих братьях, погибших во время попытки массового самоубийства?
Несомненно, да. Но Паун не мог спросить, потому что Солдаты не могли говорить. Рабочий беспокойно расхаживал взад-вперёд, а другие Рабочие, которым было поручено разносить еду, нервно за ним наблюдали. У него под командованием Солдаты. Паун знал, что они обычно сражаются с монстрами, выходящими из подземелья, патрулируют и охраняют… но занимаются ли они чем-то ещё?
Он не знал. И теперь ему нужно спросить. Но кто сможет ему ответить?
Не другие Рабочие. Возможно, Клбкч… но Пауну было не по себе задавать Ревелантору подобные вопросы. Кто ещё может знать?
Королева? Паун скорее влепит пощёчину Клбкчу, чем спросит что-нибудь у своей Королевы. Нет. Нет, в Улье было только два существа, которые могли знать.
Белград и Ананд. Они были [Тактиками]. Они повысили свой уровень в этом классе и получили командование над Солдатами. Они могут знать.
Паун нашёл двух своих бывших товарищей по шахматам всего спустя полчаса поисков. Не то чтобы Белград и Ананд оставляли знаки, указывающие на их местоположение в Улье, но Паун знал, где они едят и спят. К счастью, он обнаружил, что они не делали ни того, ни другого, а вместо этого играли в шахматы в специальной комнате отдыха, отведённой для Личностей.
Двое Рабочих сидели за шахматным столом, пока за ними наблюдала небольшая толпа других Рабочих. Они выделялись. Возможно, дело было в том, как они держались. С уверенностью и гордостью. А может, дело было в том, что Паун очень хорошо их знал. Он сел рядом с ними, и они кивнули ему настолько знакомо и тепло, насколько антиниумы могли.
— Паун. Рад видеть тебя здесь сегодня.
Это сказал Белград. Он кивнул, поставив коня в атакующую позицию, угрожая пешке Ананда.
— Действительно. Я беспокоился, что ты был подвержен наказанию от Клбкча.
Ананд проигнорировал атаку на свои пешки и вместо этого противопоставил Белграду агрессивный натиск ферзём на левом фланге, угрожая слону. Белград сделал паузу. Паун с интересом наблюдал за игрой, заняв ею половину своих мыслей.