— Во даёт девчонка, — прервал меня возглас Ангелины, уставившейся куда-то вперёд и смахнувшей дворниками землю с лобового стекала.
Я перевёл взгляд. Через оседающую пыль был виден дракон, идущий над самой кромкой ивняка и крышами деревенских домиков, иногда пропадая в поднимающемся от реки тумане, а за ним с земли поднималась стена сплошного огня. Я много раз видел такое в кино, когда во Вьетнаме с самолёта на лес сбрасывали напалм. Но то кино, а это вживую. Раздались пулемётные очереди, и дракон ушёл в вираж, стараясь избежать поражения.
— Талант, — усмехнулся я, а потом увидел многочисленные фигуры, форсировавшие реку вброд.
Мертвецы, поднятые Ненавистью, быстрыми дёргаными движениями шли к нам. Многие держали в руках оружие. Сколько их там? Тысяча? Две?
— Это наверняка только передовые отряды, — повернув ключ в замке зажигания, произнесла Ангелина.
— Уходим, — коротко бросил я, увидев выехавший из белого марева старый танк, ведомый мёртвым экипажем.
Он и сам был нежитью, восстановленной из хлама. Нежитью советского бронированного монстра, опасного даже после списания и смерти. Я вздохнул, с одним танком ещё можно потягаться, но возиться некогда.
Урал зарычал движком и помчался в сторону берёзовой рощи, что была слева от деревни.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — пробурчала моя хранительница, вцепившись левой рукой в руль, и в диком темпе дёргая рукоятку переключения передач правой.
— Знаю. Только быстрее.
Справа от нас хлёстко хлопнуло. Это линза щита приняла на себя танковый снаряд. После того шахидмобиля моя разорванная в клочья аура отдалось болью отката похлеще зубной, отчего я зажмурился и скривился. Долго так не протяну, и даже не от того, что кончится колдовская сила, а просто нервы не выдержат. От истощения хотелось упасть спиной на траву и просто смотреть в небо, но я сейчас не мог себе этого позволить. Ладони сами собой сложились в коробочку, и между ними возникла пчела. Такая привычная и такая умиротворяющая. А сотни её сестёр сейчас приземлялись в траву, становясь минным полем.
Снова хлопнул взрыв от танкового снаряда. Краем глаза я выхватил из всей картины фрагмент, где псы орды схлестнулись с другими такими же, давая нам время уйти.
— Ещё немного, — прошептал я. — Ещё чуть-чуть.
Мы уже подъехали вплотную к берёзовому лесу.
— Что дальше? Дальше только река, — растеряно спросила Ангелина, бросив на меня взгляд.
— Давай в реку.
— Слушай, это не Тик. Мы здесь не пройдём, даже если ты уберёшь воду с пути. Там ещё метр ила и грязи. Мы просто влипнем в него как мухи в варенье.
— В реку! — сорвался я на крик и стиснул пчелу в кулаке так, что она обиженно зажужжала.
— Псих, — буркнула девушка-ангел, закусив губу, но всё же направив машину прямо на камыши.
— Это ещё посмотрим, — ответил я, потянувшись к заёмной силе лесного бога.
Слева от нас затрещали деревья. С брызгами щепок начали лопаться стволы берёз и осин. Они взмывали в воздух, как будто пущенные из катапульты, и падали в воду, поднимая тучи брызг и с грохотом ударяясь друг о друга. Сейчас словно сотни бобров-стахановцев валили лес и создавали для нас гать.
— Да чтоб меня… — только и выдавила из себя Ангелина, а Анна привстала на сиденье с открытым ртом.
Да, вот она истинная сила Яробора, которой он со мной поделился. Каждая травинка была подвластна его воле, каждое дерево готово выполнить любую его прихоть, стоит только попросить. Просто попросить.
Я быстро опустил боковое стекло и посмотрел назад, увидев, что остальные наши не отставали. А потом пришлось быстро спрятаться обратно, старясь не растерять от возникшей тряски зубы и почки. Это «Урал» наехал на вал из стволов.
А позади нашей маленькой колонны коренья деревьев выпячивались из земли, создавая непроходимые препятствия.
«Урал» ревел движком и дёргался, прыгал по брёвнам, но упорно полз вперёд. Тряска кончилась так же внезапно, как и началась, а отбитая пятая точка болела похлеще головы после отката от взрыва.
— Неужели вырвались? — неуверенно спросила Анна, глядя на меня.
— Да! — воскликнула Ангелина, переключившись на другую передачу и глянув в зеркало заднего вида, а потом выругалась. — Дерьмо, полное дерьмо.
Она нажала на тормоз, отчего я набил шишку о лобовое стекло, а после открыл дверь и встал на подножке, вглядываясь назад. «Урал» прошёл, а «Тигр» со свистом елозил колёсами по скользкому сырому бревну, застряв на переправе.
— Чёрт! — выкрикнул я и потянулся телекинезом к тяжёлой бронированной машине.
Сил должно хватить. Главное, чтоб времени оказалось достаточно. Я создал незримые нити, а потом начал тянуть на себя. «Тигр» встал на дыбы. В ушах стучала кровь. Но это не помогало. Внедорожник всё ещё юзгал колёсами на переправе. И только когда МТ-ЛБ, ведомая Светой, осторожно уперлась острым носом ему в запасное колесо, висящее позади, все начало сдвигаться с места.
— Ну всё, приехали, твою богу душу мать! — взорвалась Ангелина.
— Сейчас вытащим. Не скули, — огрызнулся я.
