Глава крохотного отряда с громким названием «Басилевс» шёл по длинным казённым коридорам, выкрашенным в бежевый цвет. Мимо него мелькали портреты полководцев и фотографии ныне здравствующих начальников, картины с историческими сражениями, кривовато, но очень старательно написанные каким-то солдатом, не успевшим закончить художественное учебное заведение, одинаковые двери с красными табличками, на которых значились звания и фамилии.
Вась Вась не любил всех этих солдафонов на высоких должностях ещё с тех пор, как работал журналистом. То нельзя, это нельзя, туда не суйся, сюда не лезь, ибо запрещено, а стоит спросить о чём-то личном, выходящем за рамки должностных инструкций, зажимаются и начинают выдавливать из себя: «Ну, это… ну, того… служба отчизне, вот». Лишь с единицами поддерживал полезные контакты.
Поднявшись по лестнице, где сонный дневальный сворачивал красную ковровую дорожку, Василий свернул в боковой коридор с названием «Отдел по контролю и взаимодействию с сущностями неорганического происхождения», и остановился у двери с табличкой «подполковник Е. О. Соснов».
Стоило занести руку, как дверь сама открылась, а изнутри раздался приветливый голос.
— Заходи, Василь Василич.
И пухлый вампир широко улыбнулся, а потом скользнул в помещение.
— Доброе утро, Егор Олегович. Вы просили заскочить, как рядом буду.
Невысокий боевой маг в подполковничьих погонах отодвинул в сторону клавиатуру и достал из столешницы две кружки и большую стеклянную банку с красной крышкой.
— Кофе будешь?
— Вампирам кофе не очень рекомендовано, — пожал плечами Василий, разглядывая кабинет.
Два стола, поставленных буквой «Т», с придвинутыми к ним стульями, кулер, небольшой холодильник, шкафы, на столе рядом с компьютером лежала книжка «Как я стал боевым магом» — мемуары Соснова. На взгляд питерского журналиста, книжка так себе, язык корявый, непрофессиональный, люди раскрыты картонно и много событий, из-за которых иногда теряется целостность изложения, было убрано из соображений секретности, но самому начальнику отдела контроля нечисти города Новониколаевска об этом лучше не говорить.
— Да ладно тебе, — отмахнулся Егор Олегович, — будто я не знаю, что вам можно, а что нет. Я некрепкий сделаю.
В воздух взлетела блестящая ложечка из нержавейки и три кубика сахара, а крышка на банке с кофе начала сама откручиваться. Василий же остановил своё внимание на том, чего в прошлый визит не было в кабинете. А именно большой, совершенно чёрный матовый стол, расположенный у противоположной от окна стены. В пяти сантиметрах над столом висел призрачный макет города, на котором можно было разглядеть крохотные домики, блестящую ленту реки Топь с мостами через неё и разноцветные условные пометки, похожие на воткнутые в карту булавки со светящимися бусинками на верхушках. Но карта была не застывавшая, а живая. Виднелся заходящий на посадку самолёт, он плавно плыл по воздуху, как жирная реактивная муха, а по улицам двигались по своим делам крошечные точки автомашин.
Василий разглядел на макете свой охотничий участок, отгороженный светящейся ниточкой, и улыбнулся.
— Нравится? — спросил Соснов, сделав пасс рукой, от которого кружка с кофе взмыла в воздух и опустилась перед вампиром.
— Неплохая игрушка, — пожав плечами, ответил Вась Вась, а Егор Олегович продолжил.
— Как там твой подопечный?
— Ярополк? — поджав губы и поправив жёлтые горнолыжные очки, переспросил вампир, а потом начал жаловаться: — Если бы не ваша личная просьба, я бы не стал с ним возиться. Да, он крепкий паренёк, но ведь как ребёнок, которого всему учить надо. То он яму выгребную порывается вырыть у гаража, когда есть нормальный сортир рядом, то учу пользоваться зубной щёткой, то ещё что-то. А сейчас он азбуку читает.
— И как успехи?
— Да никак, побубнит немного и бросает. Я ему фломастеры купил, так он сломал один, и говорит, типа, думал колдовство, а это полая тростинка с паклей и краской. Он на улице вещи подбирает и ломает их, а потом кладёт на стол и рассматривает. Я ему про интернет пытался объяснить, но без толку. Он чуть мой смартфон не сломал, хотел ярлычки вытряхнуть на стол через зарядный разъём. Говорит, раз пальцем двигаются, то достать можно. К волшебной палочке я даже боюсь приступать, он же как дикарь.
Соснов внимательно выслушал, допив небольшим глотками кофе, в то время как Василий совсем разошёлся.
— Егор Олегович, я больше так не могу. Мне бы ещё кого-то в помощь, но нормального. Я с этим психом уже не могу.
— Я же тебе Диму на собеседование направил, — парировал начальник.
— Его перехватили.
— Кто?
— Соколи́на со своими девками, — поморщился Вась Вась, а Соснов встал и, подойдя к вампиру, оперся на стол руками рядом с ним.
— Ты уверен?
— А что тут непонятного может быть? — огрызнулся вампир. — Они его у нас из-за столика на собеседовании выдернули!
— А она знает, кто он?
— А кто он? — переспросил Вась Вась, почесав в затылке.
— Ладно, — задумчиво протянул Соснов, — одним непонятным головняком больше. Но что касается Ярополка, ты не прав. Он ведёт себя вполне нормально. Я думал, хуже будет.
