– Объявляю общее собрание. На повестке дня выбор старшего команды. Марису, мы тут посовещались и решили, что ты как старший, к тому-же мужчина, просто обязан принять на себя старшенство. Тишке почти три месяца, Карату исполнилось семь лет, тебе девять, а про себя я вообще молчу. Мне вторая неделя пошла. Так что больше некому.
Марису пожал плечами и начал пристраиваться на ночь.
– Ты же говорила, что тебя старшей назначили.
– Как назначили, так и отзначат. Я уже подала рапорт об изменениях, нам его утвердили.
– Ну тогда всем спать. Карату, двигайся ближе, не так страшно будет. Сильно больно?
Карату заплакала и уткнулась в плечо друга.
– Очень, но уже не так как в начале. За два часа восемь процентов. До завтрашнего вечера ещё терпеть, неравномерно восстанавливаются.
– Ничего. Потерпишь. Спи давай, быстрее время пройдет. Тебе наверно свет мешать будет, я диагноста не буду включать в ангаре. Только Малька слабое освещение оставит. К Тишке я сам встану. Отдыхай.
Утро выдалось жарким. Сначала с Марису живьём пытались снять шкуру, а затем вылизать глаза, насовсем. Он ночью вставал к заскулившему Тишке, да так и уснул возле него. Вот сейчас он и поплатился за свою лень. Древняя, но ещё достаточно крепкая рубаха расползлась под языком зверя и до невозможности шершавый язык прошёлся против шерсти Марису, наверняка оставляя проплешины. Увернувшись от дальнейшей благодарности, он потрогал Тишке нос и пошёл наливать воду. Тот уже самостоятельно развернулся на живот и тряпки опять намокли от крови. Первое время тряпки стирали и меняли постоянно, теперь это приходилось делать значительно реже, но всё же, приходилось. Малька сказала, что это особенность Лысьв. Культи не заживут. Лишь покроются коркой, которая очень тонкая и непрочная. Но это и хорошо. Раны будут промываться, а сильной потери крови всё-таки опасаться не стоит. В дикой природе они тоже достаточно быстро заживляли свои раны, простым зализыванием удаляя инфекцию и грязь, а сейчас и подавно, интерфейс контролировал рану, не давая ни малейшего шанса нагноению. Уже начат самый сложный этап, формирование костей. Его в дикой природе естественно не было, но организм умел это делать на уровне генетики, а интерфейс лишь поднимал из глубин эти знания и перепрограммировал соответствующие знания, заложенные в клетки. Правда, приходилось эти клетки периодически подпинывать, они категорически отказывались работать вне привычного графика.
После утренних процедур и проверки состояния всех больных, Карату тоже вошла в этот список в связи с непрекращающимся раздражением глаз, Марису ознакомился с планом центра спасения. Спасательная операция закончилась, но служба безопасности подготовила план мероприятий по недопущению развития неблагоприятных событий. В связи с открывшимися обстоятельствами переделывалась эта часть станции. Добавлялись новые шлюзы и писались новые инструкции. Разгерметизация была вполне возможна. А, следовательно, к ней нужно быть готовым. Экстренное вмешательство во время разгерметизации потребует не меньше трех дней, вот и нужно подготовить автономное укрытие на этот срок. А затем уже готовить скафандры повседневной носки. Только после всех этих мероприятий разрешалось продолжить обустраивать быт.
Малька успела сделать лишь трёх фуражиров и ещё одного разведчика прежде, чем пришли новые инструкции. Вот сейчас она и формировала оборудование для автоматической накачки и вентиляции дыхательной смеси. Пока без привязки к определенному месту, это ещё предстояло сделать чуть позже. Как только Марису освободился от текущих дел, она ему сразу вывалила ворох проблем, и он озадачился, из чего делать укрытие. Оно должно быть небольшое, но обязательно соответствовать всем требованиям безопасного нахождения в нём.
Для будущего дома выбрали контейнер, и труженики приступили к его герметизации, затем с помощью диагноста удалось притащить бак, используемый ранее под воду в технической мастерской. Закрепили его на полу и проверили на герметичность. В диагносте была и такая функция, о чём Марису даже и не догадывался. Он распылял по команде, из небольшого цилиндрика, какой-то безвредный газ внутри помещения, а потом мог уловить совсем малое количество молекул газа снаружи. Газ разлагался через десять минут и процедуру можно было повторять сколько душе угодно, пока не достигнут герметичности.
