– Что ты хочешь сказать?! – свирепо поднял глаза альтин, но сразу опомнился и потушил в себе приступ ярости – вымещать злобу следовало совсем на других людях.
– Колодцы переходят из рук в руки. Разрешите начать минирование?
– Да! Установите заряд вон там, под кристаллом. Там труба со сжатым газом. После взрыва газ устремится по ускорителям, словно при переходе на гиперскорость. Для прикованного к Земле корабля это равносильно самоликвидации – ускорение разорвет этот шарик в клочья…
Бартерианцы взялись за работу – откидные технические мостики позволили им подобраться почти к самому приводу, где располагались специальные ремонтные люльки.
– Прости, любимая! – Тургаон нежно погладил стекло саркофага и поднялся на ноги. Горько-соленые слезы растекались по его лицу и стеклу защитного скафандра, вентиляция которого не справлялась с таким обильным выделением жидкости.
– Куда вы, сэр? – спросил Деррон, видя, что маршал вновь поднимается на лифтовую площадку.
Тургаон сверкнул мокрыми от слез и темными от мрачных мыслей глазами:
– Мстить!
– Сэр, мы установим взрыватель на сорок минут. Отключить его невозможно. Через сорок минут все здесь умрут – вам не нужно будет больше никому мстить!
– Ты не понимаешь, – огрызнулся маршал. – Я хочу ВИДЕТЬ, как он мучается!
– Кто, сэр?
– Он!
Тургаон заставил лифт устремиться вверх. На поверхности лифтовых колодцев звенела сталь, рвались гранаты, проливалась кровь и стоял невообразимый беспорядок, в котором невозможно было определить, где свои, а где чужие. Пол двойным слоем покрывали тела павших – цветных «мускулистых» скафандров Братьев казалось чуть больше…
– За мной! – скомандовал адмирал. Прошагав по трупам, он силой воли раскидал десяток Братьев и еще нескольких превратил в спекшуюся крошку.
– Где твой командир?! – спросил Тургаон у первого попавшегося ему на глаза юнца и, прежде чем Младший Брат успел открыть рот, просканировал сознание бедолаги, убедился в полной его бесполезности и сжег силой своего взгляда.
– Лейтенант! – крикнул маршал, обращаясь уже к своим. – Дай план корабля! Где тут у них штаб?!
– Сэр? – Лейтенант с исступлением дрался с головорезом «Улья» и никак не мог явиться по первому зову. Тургаон был не в том настроении, чтобы ждать, – он сжег противника лейтенанта и в запале выбрал и уничтожил еще пятерых Братьев.
– Я хочу найти их командира! Где здесь живет начальство?!
– На Первом Уровне, сэр!
– Возьми роту и веди! – закричал Тургаон.
Гронед не сразу понял, что происходит. Как верно подметил Тургаон, предчувствие не подсказывало мантийцу судьбы «Улья» и тех, кто находился внутри города, а привычка всегда все предсказывать сильно притупляла внимание, развитое у обычного человека. Убедившись, что контроль над Отцом-исполнителем восстановлен, Владыка «Улья» в прекрасном расположении духа отправился бродить по покоям Первого Уровня. Все складывалось, как и было задумано: крейсер перешел в руки Братьев; эскадра Лиги решила не рисковать безопасностью планеты; Григ ожидал начала переговоров, чтобы поставить правителям Земли ультиматум… Гронед мог теперь расслабиться и убить время в свое удовольствие, в ожидании начала следующей стадии операции.
Он почувствовал неладное, только когда не обнаружил на месте караула, дежурившего у лифтовой секции Первого Уровня. Доверившись слуху, Гронед разобрал посторонний шум, складывающийся из звона стали по стали, своеобразного свиста раскрывающихся силовых щитов, короткого отдаленного грохота, криков и лязга. Что бы ни стало причиной беспорядка, он не входил в планы – Гронед решил выяснить ситуацию, обратившись к Мозгу «Улья». Но сама ситуация решила не дожидаться, пока в ней разберутся, – откуда-то со стороны покоев прежнего Владыки выбежали люди в латах принципиально новой для мантийца конструкции. Довольный собой, гордый, спокойный и умиротворенный, Гронед только-только начинал задумываться, что могут делать необычно одетые люди на палубе его охраняемого со всех сторон корабля, когда что-то неопределенное и невидимое огнем обожгло живот мантийца. Доли секунды, которые для бегущих по коридору бартерианцев попросту не существовали, для Гронеда показались вечностью – время, пока парализованный болевым шоком великий мантиец наклонял голову, чтобы посмотреть на свой ничем не защищенный живот.
В дорогой черной ткани халата зияла здоровенная дыра с обуглившимися краями. Такая же дыра насквозь пронизывала живот…
Почувствовав головокружение и теряя четкость восприятия, последний житель Великой Мантии философически усмехнулся сам над собой. Насколько же циничной оказалась насмешка судьбы – на тысячу лет перешагнув свое время, добившись величайшего открытия в истории человечества, практически осуществив план всей своей жизни, он умирал от случайного выстрела какого-то заурядного, ничтожного солдата-наемника!!!
