Вар был тронут. Он нашёл свой ремень от палиц. Две палицы, конечно, были безвозвратно потеряны, но ремень валялся там, где и был вчера брошен. Соли опасалась, что подземные обнаружат их, если они предпримут спуск по видимому с Геликона склону.
— Никто не знает, где спрятаны телекамеры.
— Ты имеешь в виду, что вокруг спрятаны телевизоры? — спросил Вар, вспомнив, как не раз видел на стоянках бестолковые ящики, без конца показывающие немые картинки.
— Нет, глупый. Телекамеры — это такие глаза, вмонтированные в камень или в ствол дерева или ещё куда.
Вар ни разу в жизни не видел глаз в камне, но на свете было столько необычного, что удивления он не выразил, и они полезли вниз по тому склону, по которому сюда взобрался Вар.
Туман у основания горы Муз был даже гуще, чем наверху. Взявшись за руки, они побрели к лагерю императора. Вдруг Вара одолели сомнения.
— Меня узнают, — прошептал он.
— Так, может, я пойду одна?
— Ты пароля не знаешь.
— Но я хочу есть! — взмолилась она.
— Шш-ш…
Где-то рядом невидимые в тумане прятались часовые, и Вар боялся, что их услышат.
— Скажи мне пароль, — зашептала она. — Я схожу и попрошу немного пищи для нас обоих.
— Просить будешь голой?
— Но я хочу есть!
Вар хотел было возразить, но, поскольку сам был чертовски голоден, промолчал. Она едва слышно захныкала.
— Там, — сказал Вар почти виновато. — На стоянке есть одежда.
Милю до ближайшей стоянки они пробежали единым духом.
Прежде чем Вар успел возразить, Соли всучила ему свою палицу и вошла в шатёр. Через несколько минут она вернулась, одетая в детский комбинезон, детские сандалии, с яркой лентой в волосах. Выглядела она чистенькой и опрятной.
— Тебе повезло, что никого не оказалось! — воскликнул Вар.
— Там своего супруга поджидала жена воина. Похоже, ваши держат женщин подальше от главного лагеря. Когда я вошла, бедняжка от удивления подпрыгнула до потолка. Я сказала ей, что потерялась, и она мне помогла.
Как легко Соли выкрутилась из безнадёжной, казалось бы, ситуации! Вару вряд ли хватило бы мужества поступить так же, как эта то ли храбрая, то ли наивная девочка.
— Вот, держи. — Соли протянула ему связанную узлом одежду.
Вар оделся, и они вновь зашагали к главному лагерю. Тут ему в голову пришло, что раздобыть немного пищи они могли и на стоянке, но затем он вспомнил, как многотысячная армия потребляет прорву продовольствия, и оттого с ближайших стоянок регулярно изымается всё съестное.
— Я пойду в общий шатёр, — сказала Соли. — Скажу, что я дочь какого-нибудь воина и пришла за едой для своей семьи.
Более мудрых предложений у Вара не было, и потому он попросил лишь:
— Будь осторожна.
Он спрятался в лесу и замер, она исчезла среди тумана. Затем он вспомнил, что пройти мимо стражников не мог ни один посторонний, в особенности девочка, но останавливать её было уже поздно.
Соли приближалась к огромному шатру посреди лагеря. Хотя её сердце и норовило выскочить из груди, она была зачарована красотой примитивной постройки. Будь у неё с собой пара палиц, она бы чувствовала себя гораздо увереннее, но так как детям, особенно девочкам, здесь не полагается оружия, палицы остались у Вара.
Перед входом в шатёр стоял крепкий на вид часовой. Соли попыталась было незаметно проскользнуть мимо, но путь ей немедленно преградил шест.
— Кто ты? — спросил часовой. Называть своё настоящее имя Соли, естественно, не собиралась.
— Я — Сами. Мой отец устал и отдыхает. Я принесу ему поесть.
— В этом лагере, девочка, нет никакого Сама. Говори сейчас же, что у тебя в действительности на уме!
— Как же нет? А Сам-мечник? Он только что прибыл в лагерь. Он…
— Девочка, ты лжёшь. Ни один воин не привёл бы с собой в этот лагерь семью. Я доставлю тебя к императору.
Он легонько подтолкнул её шестом. В поле зрения никого больше не было, и Соли, ухватившись за конец шеста, ударила часового растопыренными пальцами по глазам и, как только его голова непроизвольно дёрнулась назад, саданула по открывшемуся горлу тыльной стороной раскрытой ладони. Часовой беззвучно осел.
Весил он порядком, и оттащить его в сторону ей было явно не по силам. Значит, пусть лежит, где упал; она же, если будет действовать быстро, ещё, быть может, раздобудет еды.
Соли вбежала в шатёр, но утренний завтрак уже давно закончился, а обращаться с просьбой к повару было небезопасно.
— На Кола напали! — послышался вдруг возбуждённый голос от входа. — Обыскать весь лагерь!
Она опоздала. Теперь оставалось только спасаться бегством. Представляя, что сейчас случится, она направилась к выходу. Там привести Кола в чувство пыталось несколько воинов.
— Никто не видел, как это произошло?
— Его, похоже, ударили булавой в горло.
— Нет, сначала, наверное, набросили на него сеть. Кол — опытный боец, и его так просто не возьмёшь!
К шатру подошёл мужчина-исполин. Соли его сразу же узнала — Безымянный, император врагов. Он двигался подобно тяжёлому катку и был очень безобразен. Голос его звучал почти так же неотчётливо, как голос Вара:
— На него напали без оружия. Похоже, подземные заслали к нам шпиона.
