Сатоцци крепко держит короля.
Стазу суета вокруг.
Я почти успела запаниковать, глядя на это, но тут, наконец, судороги пошли на убыль, Альберто глубоко вдохнул, дернулся еще и затих. Живой? Вроде дышит. Лоб мокрый от пота.
Вот где-то тут и бабуля успела как раз.
Луиса долго стояла рядом с королем, очень сосредоточенно закрыв глаза, изучая невидимые связи.
– Да, – сказала она, наконец. – Энрико мертв, – и, кажется, вздохнула с облегчением. – Но для Альберто это мало что меняет, проклятие слишком старое и глубоко вросло. Дальше будем действовать так, как планировали, тянуть не стоит. Хорошо в этом то, что теперь уже внезапных всплесков не будет.
Это хорошо да… должно быть хорошо.
Вот только думаю я совсем не о проклятие.
Если Энрико мертв, то он, скорее всего, пытался убить Леса. Но это убило его самого.
Запоздало подумала, что нужно было на Леса сигналку прицепить, тогда бы я почувствовала, если бы с ним что-то случилось. Но так оставалось только ждать.
И надеяться, что обошлось.
Луиса еще раз внимательно осмотрела короля и еще какие-то манипуляции, я в этом мало понимала. Потом что-то обсуждала с Сатоцци…
Я немного отошла в сторону, села на стул в углу.
Поняла, что трясет. Я не знаю, что там с Лесом, но все определенно уже произошло.
И ни о чем другом не могу думать.
Потом Луиса молча подошла ко мне, обняла за плечи. Долго стояла так.
– Мне страшно, – тихо сказала я, поняла, что голос сел, горло царапает.
Луиса кивнула.
– Я отлично понимаю тебя, милая. Нужно просто верить, что все хорошо.
– А если нет? – я подняла на нее глаза.
И в глазах Луисы вдруг сверкнула давняя боль. Да, она точно знает, как это бывает. Губы чуть дрогнули.
– Если нет, милая, ты все равно будешь жить дальше. И помнить его. Люди, которых мы любим – остаются навсегда в нашем сердце.
– Нет!
Я не могла сейчас думать так. Слишком… жестоко. Нет, это просто слова сейчас.
Луиса вздохнула, села рядом.
– Лес очень сильный мальчик, он справится, – сказала она.
Лицо такое осунувшееся, она словно постарела еще больше. Я вдруг подумала – она только что потеряла брата. Да, родственных отношений и любви там точно не было. Скорее наоборот. Но все равно… это потеря все равно.
– А ваш брат? – спросила я. – Каким он был?
– Мой брат? – удивилась Луиса.
– Простите… вы…
– Ничего, – Луиса улыбнулась, погладила меня по плечу. – Когда-то он был хорошим братом. Пока мы были детьми, он всегда заботился обо мне, во всем помогал. Хорошим человеком он уже тогда не был, и я часто спорила с ним, видела, как часто он не прав. Но братом был хорошим. Вот только мой выбор так и не смог принять. И это разрушило все.
Вздохнула тяжело.
– Но вы ведь не пожалели, да… – я сказала и запнулась, может и не стоило. Сколько можно?
Луиса улыбнулась.
– Сомневаться нормально, девочка моя. Не сомневаются только наивные дурочки, которые не видят последствий своих действий и не понимают, что мир не всегда такой, как они нафантазировали. Отсутствие сомнений говорит лишь о недостатке ума. По-настоящему важны не сомнения, важны поступки и принятые решения. Герой не тот, кто не боится, а тот, кто несмотря на весь свой страх находит силы поступать правильно. Я невероятное количество раз приходила в ужас от того, как изменилась моя жизнь после того, как я сбежала с Гильермо. Временами я его ненавидела. Но оглядываясь назад… Нет, я ни о чем не жалею. Если бы все вернулось назад, я поступила бы так же. Не хотела бы другой жизни. Но это было мое решение. У тебя свое.
Я зажмурилась, потом закрыла лицо руками.
– Я просто устала, – сказала тихо.
Луиса обняла меня.
– Все будет хорошо. Сейчас вернется Лес… я уверена, ты не бойся. Потом мы все отдохнем. Нужно отдохнуть перед тем, как взяться за проклятие, это потребует сил. Заодно и Раймундо сможет немного восстановиться. А потом завершим это дело. И все. Все будет хорошо. Не сомневайся.
Да…
Мы еще долго сидели так. Потом она снова пошла к королю, я осталась.
Пустота внутри. Даже напряжения уже не сталось, все выгорело, слишком много за последнее время. Просто пустота.
Я все прислушивалась к шагам за дверью… Кто-то должен прийти. Я все надеялась, что дверь распахнется и войдет Лес… веселый, радостно скажет, что они справились. Скажет, что все удалось, мы победили… Он ведь уже должен прийти. Тут не так уж и далеко, а он верхом. Я понимаю, что какие-то дела могли отвлечь и задержать, но все равно…
Я ждала, но было тихо.
Долго тихо.
Иногда входили слуги, я вздрагивала каждый раз. Мне принесли воды с лимоном, предлагали чего-нибудь еще. Нет, я…
Я ждала.
Сатоцци подошел, спросил что-то. Я даже не сразу смогла понять, вздрогнула. Он тихо улыбнулся, покачал головой.
– Сеньора, я тут подумал, – сказал он. – А вы не хотели бы в Карагоне преподавать? У вас ведь есть преподавательский опыт. А нам нужны некроманты.
Неожиданно. Я даже попыталась собраться, чтобы осознать.
– Не знаю, я… сейчас…
У меня мысли не собирались.
– Вы подумайте. Если решите остаться в Эстелии, это могло бы быть неплохим вариантом.
– Я подумаю, – сказала растерянно. – Но ведь это и не вы решаете тоже.
