И не дожидаясь ответа, закрыл дверь. В судке оказалась солидная порция серых макарон все с той же тушенкой. Уминая макароны, щедро сдобренные консервированным мясом, я пришел к выводу, что их здесь действительно не много. Готовят сами, все продукты длительного хранения: макароны, крупы, рыбные и мясные консервы. Разве что картошку дали в первый день, а вот свежего или хотя бы черствого хлеба я здесь ни разу не видел. Сидят они здесь тихо, лишний раз за периметр носа не высовывают, чтобы не светиться и лишнего внимания к себе не привлекать. А продукты им раз в две-три недели, а то и раз в месяц привозят. Прокормить четырех мужиков в военное время не просто, а их кто-то снабжает. Значит, есть у них связи с местным высоким начальством, есть. Не может не быть! А может, прямо оттуда продукты? Я поковырял макаронину вилкой. Нет, местное производство, точно местное. Допив весьма мусорный чай, я отправился мыть посуду.
Когда по моим прикидкам до полудня остался час, я открыл дверь кабинета, где меня допрашивали в прошлый раз. На этот раз полковник был в обычном сером костюме, наверняка производства треста Москвошвей. Рубашка, галстучек по нынешней моде — просто образцовый совслужащий.
— Как шея? Не болит?
— Это вместо «здравствуйте»?
— Ну, типа да. Слушай, а чего ты педиков так не любишь? Был печальный опыт?
— А в глаз? — набычился полковник.
Однако он был мне нужен как источник информации, а потому обострять я не стал.
— Ну ладно, ладно. Извини, не хотел обидеть. Предлагаю считать наш позавчерашний мордобой выпивкой на брудершафт и перейти на «ты». Идет?
— Едет. На «ты» так на «ты».
— Как тебя зовут, мне знать без надобности, да и ты настоящее имя все равно не скажешь, поэтому я тебя продолжу полковником называть. Ну а обо мне ты и так знаешь больше, чем мне хочется.
— Полковником так полковником.
— Слушай, — я резко сменил тему, — а что ты заканчивал? МВТУ или МФТИ?
— Ни то ни другое. МЭИ.
— О как, — оживился я, — почти коллеги. А здесь чего? На Родине прилично устроиться не мог?
— Здесь тоже вроде как Родина, — усмехнулся полковник, — а насчет там устроиться, кем? Дома электромонтером пойти, чтобы к полтиннику мастером назначили? А в Москве все приличные места на десять лет вперед расписаны, без связей никуда не возьмут.
— В аспирантуру не пробовал? Учился-то небось хорошо?
— Отличником был. Только еще три года на шее у родителей сидеть я не мог. Да и после защиты — десять лет ассистентом, тридцать доцентом и в гроб. А на кафедрах такое творится… Да ты и сам знаешь.
— Знаю, проходил. Ничего в этом мире не меняется. В общем, подошел к тебе неприметный господин и предложил поработать несколько лет почти по специальности за приличные бабки в почти экстремальных условиях, и ты согласился. Ты же для них идеальный кандидат: нищий провинциал без знакомств и связей в столице, при этом умный и с большими амбициями. Ну и как тут?
— Да ничего, тихо сейчас. Вот прошлым летом было жарко. С двадцать второго ни одного дня спокойно не сидели. А сейчас фронт на юг движется, там ничего особо ценного нет, да и техники брошенной мало.
— А вы на металлургических заводах пошуруйте, — предложил я, — там этой техники до дури и никакого влияния на исторический процесс две-три тысячи тонн металлолома не окажут.
— Так она же восстановлению не подлежит!
— Из трех не подлежащих восстановлению, один собрать всегда можно. Это смотря кто восстанавливать будет. И еще запчасти останутся. Плюс безопасность. Это же не в немецком тылу шарить — отобрал нужные экземпляры, открыл портал и туда их. А с настоящими боевыми повреждениями музеи еще охотнее брать будут.
— А что? — задумался полковник. — Может, и получится.
Фразу про открытие портала он съел и не поморщился, будем считать это еще одним аргументом в пользу моей теории.
— Если получится, Джеймс эту идею присвоит, — предположил я.
При упоминании Джеймса полковник скривился, как будто кислый лимон разжевал.
— Присвоит, точно присвоит, — согласился он, — но мне тоже кое-что перепадет. Поэтому можно попробовать.
— Слушай, а ты не знаешь, почему этого рафинированного барыгу к вам сослали? Проштрафился?
— Не знаю. Когда я здесь появился, он уже был руководителем экспедиции.
Глядя на кислую физиономию полковника, я подумал: уж не сэр ли Джеймс причина столь острой нелюбви его к сексуальным меньшинствам. А что? Они там у себя в закрытых мужских школах всякое вытворяют. А с женским полом здесь полный голяк. Мог и начать приставать к полковнику.
— Понятно. Ну что? Начнем нашу беседу, пожалуй.
— Начнем.
На чем начали, на том и кончили. Часа через два я не выдержал.
— Не обижайся, полковник, но следак из тебя, как из дерьма бронебойная граната. Ну что ты меня на несовпадениях ловишь? Год назад дело было, многие мелочи из памяти выветрились. Жизнь у меня за это время была бурная и событиями насыщенная.
— Но мне же нужно выяснить…
— Тебе нужно выяснить три вещи. Первое — кому я проболтался о своем происхождении. Второе — кого я здесь убил. Третье — кого от смерти спас…
— Четвертое — кого ты здесь трахнул, — добавил полковник.