Меркулов тут же наклонился над плечом бойца, глядя на экран. Родин подвинулся ближе и тоже стал смотреть на изображение, передаваемое дроном. В основном виднелись только густые кроны деревьев, но иногда можно было рассмотреть поляну, траву и ручей, стекавший с каменной стены и убегавший вниз через траву. На поляне стояли несколько канистр, видимо, с топливом или из-под топлива. Несколько спальных мешков и под большим деревом дымил костер. Люди, которые его развели, были опытными. Крона дерева рассеивала столб дыма от костра. Чуть дальше виднелась корма вездехода, накрытая старым брезентом.
– Два, четыре, шесть, – считал Золотарев, – черт, не успел… Больше шести человек, но не успел рассмотреть, сколько их еще.
– Еще двое, – подсказал Родин. – Один с кобурой на ремне, у остальных «калаши». Но можно считать, что против нас восемь автоматов.
– Минимум, – закончил подсчет командир. – Не расслабляться! Банкир, сажай «птичку». Слушай приказ, бойцы! Форсированным маршем выходим на склон балки, поросшей папоротником, куда стекает ручей. Рысь атакует слева по мере готовности. После него справа начинает Банкир. Не повредить вездеход! Я зачищаю по центру после начала атаки. Задача: найти их главного и взять живьем, определить точную принадлежность к группе террористов, захвативших самолет, получить сведения о месте нахождения заложников, похищенных материалов и их командира-организатора. Вопросы? Вопросов нет! Рысь – головной, Банкир – замыкающий. Вперед, парни! У нас еще много работы!
Группа бросилась дальше. Сейчас еще можно было шумно и правильно дышать и, не стесняясь, топать ногами, не избегая сухих сучьев. Ветер дул в лицо, а значит, до людей, остановившихся на той небольшой поляне, звук шагов долетит не скоро. Быстрее до спецназовцев донесется запах костра и звуки из лагеря. Меркулов бежал, привычно оценивая ситуацию в правом секторе, за который он отвечал по правилам передвижения колонны. Командир очень надеялся, что это как раз та группа террористов, в которой находятся и заложники, и выкраденные материалы института.
Да, было бы слишком просто на вторые сутки догнать именно тех, кто совершил нападение и кражу, кто угнал самолет и взял заложников. Добежать, перестрелять особо рьяных, взять кого нужно под микитки и доставить командованию. Заманчиво. И такого исхода хочется всегда, во время каждой операции. Но, как правило, все происходит совершенно иначе. И сил, и времени уходит много, и взять врага бывает неимоверно сложно. Но ведь группа Меркулова всегда выполняла приказ, ведь не было еще такого случая, чтобы группа капитана Меркулова не выполнила приказ или выполнила его не полностью. А ведь задание сейчас не простое. Ценность украденных материалов настолько велика, что противодействие преследующему спецназу будет соответственно велико. Те, кто стоит за этим похищением, сделают многое, чтобы группа с материалами дошла до места и исчезла. Нет, за ними не пахан-уголовник, не группа предателей, которая связалась с западными покупателями и пытается передать им товар. Это хорошо подготовленная группа, состоящая из опытных, обученных мерзавцев, которых собрали по всей стране, а большей частью за пределами России, в странах – республиках бывшего СССР. Там уже много тех, кто не помнит о единой семье братских народов и того, что сделало государство для союзных республик, для их развития. Много таких, которые научены ненавидеть Россию и готовы убивать за деньги и свое личное светлое и богатое будущее. Правда, для этой категории граждан бывших союзных республик уготована другая участь. Их обычно заказчики с Запада не берегут и не ценят. Обещания обещаниями, а по факту их подставляют под пули спецназа, чтобы ушел главный с материалами. Чем больше погибнет наемников, тем меньше придется платить.
– Шагом, – во второй уже раз приказал командир, и группа перешла с бега на быстрый шаг, восстанавливая дыхание и отдыхая на ходу.
Судя по внутренним часам своего организма и армейскому навигатору, Меркулов оценил пройденное ими расстояние. Они пробежали уже больше километра. Теперь осторожность, теперь враг уже близко и нельзя выдать себя. Пахнуло сыростью и душистой прохладой. Так и есть, справа за деревьями открылась низинка, густо поросшая папоротником. Слышалось даже журчание ручья, спадавшего с двухметровой высоты по камням в эту низинку.
– Рысь, пошел, – приказал Меркулов Родину, придерживая микрофон возле уголка рта.
