Спецназовцы занялись приведением в чувство небритого мужчины. И тот довольно быстро пришел в себя, поморщился от боли в голове и со страхом уставился на трех спецназовцев. Меркулов вернулся к пленнику, хладнокровно приставил к его переносице пистолет и приказал:
– Я задаю вопросы, ты отвечаешь. Ты врешь – я стреляю, ты молчишь – и на счет три я стреляю. Понял меня? Кого тут ждали, куда ехали? Раз, два…
Террорист завращал налитыми кровью глазами, стал озираться на трупы своих товарищей, которые меньше двух минут назад еще были живы, готовили еду, смеялись, на своего связанного командира. Он никак не мог сосредоточиться на вопросах страшного человека с пистолетом, никак не мог справиться со ступором, язык не слушался его, хотя все естество хотело, жаждало жить!
– Три, – произнес Меркулов и выстрелил.
Спецназовец выстрелил не в голову пленного, а рядом с ней. Пуля зарылась в землю, оглушив и без того растерянного человека, в нос ударил запах сгоревшего пороха. Пленник закричал от страха и замотал головой.
– Не стреляйте, я скажу. Не убивайте! Я сейчас… Я все скажу…
– Промахнулся я. Ну, давай, – кивнул Меркулов и снова приставил дуло к голове пленника. – Ну, давай еще раз попробуем. Поехали!
Сложив трупы на поляне и забросив трофейное оружие в вездеход, спецназовцы туда же загрузили двух пленных боевиков, тщательно связанных по рукам и ногам. Меркулов собрал своих бойцов чуть поодаль, чтобы разговор не услышали пленники.
– Сработали хорошо. Теперь задача – по следам вернуться назад к тому месту, откуда выехала эта группа. Если другие террористы и заложники все еще на месте, мы выполняем поставленную задачу. Если они уже уехали оттуда на любом транспорте, мы продолжаем преследование. Все решения принимаем согласно ситуации. Есть что сказать, ребята?
– Согласны, командир, – кивнул Рысь. – Если верить этим уродам, то мы отработали только что их отвлекающий маршрут. Теперь самое время вернуться к основному. Главное, что заложники живы и лейтенант жив.
Марина сидела на еловых ветках, прижавшись спиной к дереву. Ее запястья были связаны, но это ее волновало меньше всего. Слышалось близкое щебетание птиц, шум крыльев в зарослях недалеко от поляны. Мирные спокойные звуки, которые казались неуместными в такой обстановке. Девушка набрала в грудь воздуха, задержала и выдохнула, пытаясь собраться, изгнать зачатки паники, которая охватывала, как вечерний холод, своими костлявыми ледяными пальцами за плечи, за сердце. Данила сидел рядом, проявляя внешнее спокойствие, но его глаза все же выдавали напряжение.
– Даня, что нам делать? – прошептала Марина, стараясь не привлекать внимание стоявшего неподалеку охранника с автоматом.
Усов, сидевший рядом с девушкой, стараясь не делать резких движений, повернулся к ней.
– Марина, нам нужно сохранять спокойствие. Главное – не паниковать. – Голос парня звучал уверенно, хотя Марина понимала, что внутри у товарища по несчастью тоже не все спокойно. А тут еще и Юра уехал с террористами.
Тихий шорох листвы сопровождал каждое их слово. Опускавшееся за лес солнце пробивалось сквозь кроны деревьев, отчего ощущался странный контраст между природной красотой и ужасом ситуации.
– Как ты думаешь, нас будут искать? – спросила Марина, стараясь поймать взгляд Дани.
– Конечно, будут. Спецназ уже наверняка ищет нас. Главное – не делать ничего, что могло бы их раздражать. Они могут стать агрессивными, если почувствуют опасность, – ответил Усов и добавил: – Мы должны надеяться и ждать.
Марина кивнула, пытаясь подавить слезы.
– А если они не придут вовремя? – еле слышно произнесла она.
– Они придут, – твердо сказал юноша, чуть повышая голос. – Спецназ – это профессионалы. Им главное – найти наш след. Мы должны верить в них и в то, что они нас выручат.
Где-то вдалеке раздался резкий звук, похожий на выстрел. Марина вздрогнула и инстинктивно прижалась к Даниле.
– Спокойно, это может быть сигнал нашим. Надо верить, – прошептал он, осторожно обнимая ее плечи. – Мы справимся, Марина. Главное – держаться вместе и не терять самообладание.
Марина посмотрела на охранника. У того явно напряглись все мышцы. Данила и Марина, задержав дыхание, замерли в ожидании. Выстрел, если это был выстрел, раздался далеко. То ли спецназ напал на бандитов, то ли те убили кого-то. Все могло случиться. Марина замолчала и просто постаралась ни о чем не думать. Но сделать это было очень непросто, ведь ее одолевали тяжелые мысли и страх. «Спокойно, спокойно, – шептала она себе. – Даня спокоен, Юра был спокоен и верил, что все закончится хорошо».
Усов как будто почувствовал, что девушка на пределе своих нервов, и стал с ней разговаривать, успокаивая, вселяя надежду. Он бы мог успокоить ее больше, если бы сказал, кто на самом деле Юра Одинцов, но товарищ велел ему не раскрывать этой тайны. Ее могли из девушки вытянуть угрозами и пытками. И тогда террористы поймут, какая угроза над ними нависла, и просто избавятся от заложников и поведут себя иначе, более жестко. И Марина как будто поняла, о ком думает ее друг по несчастью.
