– Что такое, Анастасия Геннадьевна?
– Перед вашим приездом дозвонился егерь из охотничьего хозяйства. Связь плохая, я не поняла, что там случилось, но он, кажется, ранен. Может быть, ты отдохнешь немного, и съездим. У тебя у единственного такая машина, что везде пройдет, и ты леса наши знаешь. С малолетства с отцом на охоту ходил.
– Ранен? – насторожился Самсонов.
– А, что? Кто ранен? – приподнял на кушетке голову Усов.
Спецназовец вопросительно смотрел на женщину, а сам начал припоминать. Когда у него уже совсем кончались силы и стучало в висках или сердце так колотилось, что готово было выскочить из груди, ему казалось, что он слышал то ли далекий гром, то ли звук далеко летевшего самолета, то ли… выстрелы. Женщина пожала плечами, сказав, что почти ничего не поняла, но слово «ранен» разобрала точно.
– Может, его медведь подрал? – растерянно пожала плечами фельдшер.
– Медведь не мог, – со знанием дела возразил Прохор. – Медведь летом сытый, он от человека уходит. И медведица, если у нее есть медвежата, с ними далеко от жилья и вообще забирается в самую глушь.
– Прохор, я боюсь, что это как раз они, – тихо произнес Самсонов и посмотрел мужчине в глаза. – Ты понимаешь меня?
– Егерь? – прищурился Прохор.
Самсонов кивнул.
– Ладно, ты начальник, – сказал Прохор. – Я только до дома, ружьишко возьму. А то вдруг и правда «медведи».
– Ребята, ребята! – заволновалась фельдшер. – Вы что, без меня хотите поехать? А если там на месте надо квалифицированную помощь оказывать? Не сходите с ума!
– Ничего, тетя Настя, – усмехнулся Прохор. – Справимся. Всех нас учили в армейке оказывать первую помощь при ранениях. А этот вот вообще спецназовец. Он, если надо, и операцию сделает.
– Какую операцию? – начала сердиться фельдшер.
– Тетя Настя. – Прохор подошел к женщине и взял ее за плечи. – Ты меня давно знаешь, знаешь, что я всегда помогу, если чего надо. Ты просто поверь нам, мужикам, что нельзя тебе туда с нами. Вывезем, поможем, если что. Там ведь стрелять придется. Неспроста ведь здесь армейский спецназ. Террористы в лесу, с заложниками. Тут без вариантов. А ты девушку спасай, авиацию встречай. Девке ноги ох как нужны.
Женщина охнула и, закрыв рот рукой, опустилась на табурет. Она переводила испуганный взгляд на Прохора, на военного, который недавно на руках принес девушку из леса, на парня, грязного по пояс, который бежал два километра до поселка за помощью. Самсонов на чистой стороне бланка написал для фельдшера свое звание и фамилию, а также номер телефона, куда надо дозвониться и сообщить о нем, если все-таки будет какая-то связь. В крайнем случае надо передать информацию с летчиками санавиации, чтобы они ее довели до военных через свое начальство в райцентре.
– Я с вами. – Усов слез с кушетки и принялся натягивать кроссовки. – Трое – это не двое. Всегда от третьего польза может быть.
– Ух ты! – рассмеялся Самсонов. – Это ты сам так решил за нас? Может, хватит на сегодня с тебя приключений?
– А может, хватит смотреть на меня свысока, как на ребенка? – вдруг разозлился Усов, сверля глазами спецназовца. – Кто с Мариной там был, среди террористов, кто тебе помогал, когда ты ее тащил на руках сутки? Кто бежал сюда за машиной, когда ты выдохся? У всех есть предел сил, и всегда найдется дело даже для непрофессионала. Я не лезу под пули и не пытаюсь выглядеть героем. Я просто хочу помочь тем, чем смогу, тем, что в моих силах.
– Характер! – усмехнулся Прохор. – А может, и прав парень? В машине посидит. Если что, знак подаст. Я и ружьишко ему дам. Все не с пустыми руками. Мы же с тобой не в лобовую атаку собираемся идти… Ну, как смотришь, сержант?
Ружьишко, которое нашлось в хозяйстве Прохора, оказалось обычной тульской двустволкой с несколькими оставшимися после охоты патронами самого разного вида. В основном дробь на утку да дробь покрупнее на зайца. Но завалялись у него и два патрона с картечью на кабана. Для себя, к удивлению Самсонова, он извлек из сейфа нарезной карабин «Вепрь» с оптическим прицелом. Взяв большой магазин на десять патронов, он быстро и ловко снарядил его, с сожалением заявив, что больше патронов к карабину у него нет.
Прохор оказался толковым бойцом, и опыт службы в морской пехоте не прошел для него даром. Он сразу оценил, что мокрая обувь Усова для такого похода не годится. Он нашел старые кирзачи, чистые портянки и велел ему переобуться. Где находится кордон Андреевича, Прохор знал и даже бывал на нем несколько раз. Собрав из нескольких батарей, в том числе и из батарей от шуруповерта новую батарею питания к рации спецназовца, он полез в холодильник и быстро накидал в вещмешок НЗ. Кто знает, сколько придется пропадать в лесу. И не всегда будет возможность охотиться. Да и времени на это, возможно, не будет.
– Ну, поехали? – сказал Прохор, осмотревшись в доме и похлопав себя по карманам. – Как раз светать начнет, когда в лес въедем.
