Серый сидел на стволе поваленного дерева, задумчиво глядя на два последних квадроцикла. Бензин кончился раньше, чем он планировал. Ближайшая заправка, ближайший населенный пункт, вообще место, где можно встретить хоть какую-то машину, с которой можно слить бензин, в десятках и десятках километров отсюда. «График рухнул окончательно, а здесь еще и со связью проблемы. Спецназ крепко сел на хвост, и оторваться никак не удается. А этот странный парень, который недавно вывел из строя четыре квадроцикла и почти перебил группу охраны. Заложник? Век бы не видеть такого заложника. А ведь он был так убедителен, а я ведь купился на его предложение стать проводником для меня. Ну, не совсем купился, я назвал ему ложные ориентиры и наплел про железную дорогу, а он не поверил. Кто он такой, черт возьми? Судя по тому, как он действовал и как ушел от меня, у парня хорошая подготовка. И как он оказался в самолете? Случайность? Но он ею воспользовался мастерски».
Связь появилась. Зима, видимо, поднялся куда-то повыше, и теперь можно было хоть немного понимать друг друга через треск эфира.
– Как твои дела, Зима?
– Не очень, Серый. Парень умеет не оставлять следов, но я пока иду за ним. У меня есть следопыты.
– Сделай все, чтобы найти его. Мне важно знать, кто он такой, как попал в самолет и что вообще о нас знают органы! Зима, найди его, и ты получишь в три раза больше, чем я обещал. Я боюсь этого парня больше, чем спецназа, который идет по моим пятам.
– Хорошо, я понял. Все сделаю, – равнодушным голосом ответил Зима. – Я выставлю три группы прикрытия на пути спецназа и с двумя группами отловлю этого щегла.
– Он не щегол, Зима! Не расслабляйся. Этот парень явно прошел обучение в одном из элитных подразделений. Он ориентируется в ситуации мгновенно. Не щади наемников, обещай горы золота, но пусть они идут в лес и выполнят твой приказ. И вот что: выстави две группы на удобных путях, по которым двигаться быстрее всего, и одну группу пришли ко мне. Я сам устрою засаду по своему разумению. Они у меня умоются…
Пока ребята во дворе возле дома егеря проверяли квадроциклы, заливали бензин, Меркулов снова и снова прокручивал в голове решения свои и террористов. Он анализировал снова и снова ситуацию, пытался поставить себя на место главаря боевиков и его на свое место. Ошибаться нельзя. У противника все предусмотрено, все рассчитано. На его операцию потрачено много денег. И нет никакой гарантии, что группа Меркулова сломала планы террористов, заставила изменить их, пойти по запасному варианту или вообще импровизировать.
Ясно было одно, ясно совершенно точно – группа доставила террористам большие неприятности и очень осложняет им выполнение задания по переправке захваченных материалов. Времени прошло много с момента, когда они покинули самолет в Бийске. Как ни крути, какой план ни имей в виду, а в таких делах всегда самое важное – фактор времени. Его прошло много, и близится час «Ч». Наверняка главарь террористов торопится, ему пора приступать к завершающей фазе операции, а у него на хвосте группа спецназа, которую он никак не стряхнет. Значит, он постарается устроить такую засаду, такую схему составить, что в сети попадет вся группа и погибнет. А он с материалами совершит последний рывок и исчезнет.
Выход один – разделяться. Сил до такой степени мало, что хочется застонать, но придется пользоваться тем, что есть. И как бы ни сработал Одинцов, пока рассчитывать лучше всего только на себя и двоих своих спецназовцев. Жалко, что исчез Самсонов. Хорошо, если Вредный жив. Жалко терять такого бойца. Разделиться. Они будут ловить нас в одну сеть, а мы ударим не кулаком, а пятерней. Они этого не могут знать, не могут такого предвидеть. Они плохо знают тактику спецназа, иначе бы давно оторвались от нас.
– Ну что, бойцы, слушай приказ, – подозвав к себе спецназовцев, не совсем по уставу обратился Меркулов. – По всем признакам, противник готов попытаться в последний раз оторваться от нас раз и навсегда. А под «навсегда» подразумевается наше уничтожение.
– А какие признаки, товарищ капитан? – спросил Родин и тут же прикусил язык.
Думать надо, прежде чем задаешь вопрос. Ты ответ можешь и знать, только не понял этого. За такие вещи командир семь шкур сдирает. В переносном смысле, конечно. Ведь капитан Меркулов всегда заставлял свою группу и во время операций, и на тренировках, и на учениях работать прежде всего головой, а не мышцами. Поработай головой, может, и стрелять не придется, часто говорил он.
