Ари Танатос, один из лок-генералов галактической Коалиции Альдо, ненавидит цветущие яблони. Это знают все, кому следует знать.Леди Авалон, министр Палаты Совета Новой Гвады, всегда держит неподалёку вечноцветущее яблоневое дерево. Это тоже знают все, кому следует знать.Но очень мало кто догадывается, какая история за всем этим стоит.Я вам расскажу.Эта история пахнет гарью, копотью, пеплом, болью - и белыми лепестками. Она о двух людях по разные стороны… точнее, о человеке и мутанте. О том, что у них было общего - и о том, что безнадёжно, навсегда их разделило.Но… навсегда ли? Ведь, возможно, судьба иронична.Очень может быть, что она очень любит случайные встречи.-Элементы социальной фантастики и антиутопии. Есть описание войны, драматические и печальные моменты.
*
— Леди Авалон, всё уже готово для встречи.
— Правда? — она окинула секретаря холодным взглядом. Девчонка сглотнула.
Леди Авалон мысленно усмехнулась. Ох, детка, как же хорошо будет, если моя рожа действительно окажется самым страшным, что ты видела в своей жизни! Ради этого, помимо всего прочего, мы все и работаем здесь.
Впрочем, можно понять реакцию. В сочетании с неподвижным, покрытым шрамами лицом этот приём всегда работает безотказно. Очевидная причина игнорировать многочисленные предложения в духе "Миледи, почему бы вам не восстановить внешность": в её ситуации шрамы — это всего лишь один из дополнительных козырей. Да и прошло то время, когда она хотела очаровывать или казаться милой. Теперь всё иначе, и, спасибо дурацкой шутке судьбы, леди Авалон стала чуть ли не лицом прошедшей войны — уродливым, как ему по всем признакам и положено.
Что уж, выполняя распоряжение пиар-отдела, ей пришлось даже отрабатывать перед зеркалом некоторые выражения и взгляды. И, как ни странно, после битвы за систему Гэлло и знаменитого сражения за сектор десять это было едва ли не самое трудное боевое задание в её жизни. Она никогда на самом деле не умела быть публичной персоной. Но судьба порой не спрашивает, верно?
И вот... да здравствует леди Авалон. Дешёвое лицедейство? О да, ещё какое, если честно. Но, если присмотреться к этому всему внимательно, то вся политика — это дешёвое лицедейство. И если она, так называемая “леди Авалон”, героиня самой идиотской войны в истории галактики, может приносить своим соотечественникам пользу… Значит, вполне вероятно, оно того стоит.
— Всё действительно в порядке, миледи, — проговорила секретарь, — я проверила несколько раз, как вы и просили.
— Хорошо, — она привычно нырнула в вирт и пробежалась по файлам и проекциям комнат, проверяя маркировки готовности. — Какая-нибудь новая информация о составе альданской делегации? До встречи остался час, и нам неплохо было бы всё же знать, кто нынче почтит нас своим присутствием.
— Да, миледи. Информация поступила только что, вам уже отправили на вирт с пометкой срочно, но…
— Но у меня в вирте сейчас семьдесят сообщений с такой пометкой. Я их все просмотрю, но озвучь главное: кто-то из “богов новой эры” приезжает? Или нам опять подсовывают очередного белого воротничка, который не решает ровным счётом ничего?
— Нет, леди. Похоже, на этот раз боги снизойдут до нас.
Она прикрыла глаза, стараясь подавить накатившее облегчение. Наконец-то! Ари Фобос прислал одного из своих сиблингов, а это в наше время значит много. И, если раньше имена лок-генералов вызывали у её соотечественников только ужас, то теперь, после восстания богов и свержения скотины Эласто, имена этих существ внезапно стали синонимом надежды. Призрачной, несмелой, но всё же такой, за которую стоит ухватиться…
— Кто? Ари Долос, я так полагаю? — это была самая очевидная кандидатура, на визит которой Гвада рассчитывали с самого начала. Собственно, именно эта кандидатура была предварительно утверждена обеими сторонами.
— Нет, леди. Это будет ари Танатос.
Она быстро встала и отвернулась к окну, чтобы девчонка больше не видела её лица.
Судьба, ты просто… У тебя отвратное чувство юмора, знаешь?
— Полагаю, это хорошая новость. Ведь так? — протянула она осторожно. — Ари Танатос является прямым представителем Канцлера. Его решения равнозначны…
— Достаточно, — попросила леди Авалон. — И ты права, это хорошая новость. Просто несколько неожиданная.
— О, — оживилась секретарь, — миледи, я уже взяла на себя смелость распорядиться по этому поводу и приготовить всё, что соответствовало бы вкусу ари Танатоса.
— Хорошая работа, — ей было жизненно необходимо было провести пару минут в одиночестве. — Можешь идти сейчас, я тоже должна приготовиться.
— Прошу простить, миледи…
— Что-то ещё?
— Ваши яблони.
— А что с ними не так?
Она перевела взгляд на бонсаи-яблони, благо с самого начала позаботилась, чтобы вид на них всегда открывался из её окна. По одной на каждого…
— Возможно, их придётся убрать. Видите ли…
— Да-да?
— Мне сообщили, что ари Танатос ненавидит цветущие яблони. Это, насколько я поняла, весьма серьёзно.
Она усмехнулась.
— Этот бог смерти не любит яблоки? А как же классика?
— Прошу простить, миледи? — переспросила секретарь растерянно.
— Забудь, просто старая шутка. Можешь идти.
— А яблони…
— Они останутся.
— Но…
— Ты можешь идти.
— Слушаюсь.
Лкди Авалон дождалась, пока дверь с шипением закрылась за секретарём, и устало прижалась лбом к холодному стеклу.
— Сколько ещё раз это повторится? — спросила она тихо. — Сколько раз мы столкнёмся с тобой ещё раз?
Разумеется, ей никто не ответил.
И только с яблони имени старпома Джексона внезапно посыпались, будто от порыва ветра, лепестки.
