Что же, надо отдать Джейди должное: у него вполне получилось очень убедительно сыграть роль холодного душа.
Танатос немедленно представил, что сказали бы ему Эрос, Долос и Фобос по поводу всего этого; получилось крайне витиевато и местами нецензурно. По лицу Ли прошла волна дрожи, было заметно, что она тоже пытается взять себя в руки.
“Вообще это и правда было весело, — заметил Деймос. — Интересный опыт — видеть тебя таким. И да, я уже взялся за наниты, но это теперь будет долго. И больно.”
“Как будто в первый раз.”
— Что я могу сделать для тебя?
Хриплый голос Ли заставил его моргнуть. Когда это переключаться между виртом и реальностью стало так тяжело? Неужели его реакция действительно
— Танатос, — она полностью овладела собой и теперь говорила ровно, спокойно и уверенно. Именно такой тон методичка рекомендует использовать при общению с пребывающими в посттравматическом шоке жертвами. При других обстоятельствах он бы, возможно, даже обиделся — но теперь ресурса на это не осталось.
— Танатос, — повторила она, — послушай меня внимательно. Ты в плохом состоянии, и оно не становится лучше. Я вижу твои общие показатели жизнедеятельности в вирте, и даже то, что мне доступно, выглядит плохо. Тебе необходима медицинская помощь. Без попыток скопировать геном, гарантирую.
— Гвадская медицина… — фыркнул он зачем-то. — После того, что эти криворукие живодёры сделали с тобой, ты хочешь, чтобы они занялись мной?
— Уж извини, но не альдам называть гвадских медиков живодёрами… Во имя всех чёрных дыр, хватит заговаривать мне зубы! Наша медицина намного лучше, чем вообще никакой. Я дам тебе какие угодно гарантии, что медицинская тайна в отношении тебя будет сохранена. Если хочешь, ты можешь выбрать рандомную медкапсулу и полностью переключить управление на кого-то, кому доверяешь.
“Не хочу тебя расстраивать, но в какой-то степени она дело говорит. Медкапсула там или нет, но тебе нужно безопасное место с инъекциями регенеративных растворов, чтобы отлежаться.”
Танатос помотал головой, прогоняя внутренний голос в лице Деймоса. Как же тяжело думать…
— Мне не нужна медкапсула, — сказал он тихо, — ваши бесполезные коробки всё равно пришлось бы настраивать на меня несколько дней, и то вряд ли полноценно получилось бы. Но мне не помешает комната с медицинским ложементом, капельница с питательным веществом и бассейн… ёмкость с регенеративом, в которой я мог бы относительно свободно поместиться. Ну, и часов двенадцать покоя.
Она коротко кивнула.
— Сбрось мне формулы оптимальных для тебя составов, будь так добр. Комната будет готова в течение минуты, я лично прослежу, чтобы тебя доставили и устроили с комфортом. Ложись, — она кивнула на подоспевшие гравиносилки.
— Не хочу, — Танатос ненавидел гравиносилки.
Слишком многое они ему напоминали. Слишком часто их использовали в лабораториях “Нового Олимпа”.
Выражение лица у Ли стало крайне сложное. И противоречивое, как будто она не знала, смеяться ей, плакать или злиться.
— Я и не думал, что это так весело, — заметил Джейди.
“Согласен”, — вставил свою ужасно ценную ремарку Деймос.
Ли зажмурилась и с силой сжала двумя пальцами переносицу. Она несколько раз глубоко вздохнула и выдохнула, что заставило Танатоса даже немного ей посочувствовать.
Когда она открыла глаза, рядом с Джейди нарисовалось две мощные, затянутые в суперсовременную броню фигуры. Оные ненавязчиво подхватили Джейди под руки и повели прочь, игнорируя возмущённые и весьма остроумные реплики.
— Так, — сказала Ли, — пока наша независимая пресса устраивается с комфортом в допросной (где ей, если ты спросишь меня, самое место), я проведу тебя и лично прослежу, чтобы всё было в порядке. И да, тебе нельзя идти самому.
— Я в порядке.
— О да.
— Никаких носилок.
— Я поняла. Я тебя понесу.
Танатос мог бы поспорить, что теперь у него сделалось сложное лицо.
В том смысле что умом он, конечно, понимал всё про современную броню, экзоскелеты и роботизированные костюмы, в производстве которых Гвада была так хороша. И да, прямо сейчас для Ли его вес не был ни в коей мере проблемой. Но всё же ему в глубине души казалось, что это должно быть как-то немного наоборот.
По крайней мере, так он себе это представлял.
Видимо, нечто такое у него в глазах отразилось, потому что Ли фыркнула и подняла подбородок.
— Либо я, либо носилки, либо один из медроботов. Выбирай.
Танатос понял, что всё, что ему остаётся после такого ультиматума — одновременно смириться с неизбежным и поддаться искушению.
— Значит, ты.
— Вот и хорошо.
