Бог смерти не любит яблоки полностью

Танатос медленно покачал головой, глядя на монету на столе. Тридцать… Ох уж эти гвадцы. До чего же они любят символы…

Блюз снова заиграл.

*

Существует на свете правило незакрытых дверей.

Оно заключается в истине настолько простой, что почти смешно осознавать, сколько ошибок совершено на этом поле с одной-единственной, за пару километров видимой миной. Некоторым людям не помешало бы вытатуировать у себя на лбу: уходя, плотно закрывайте дверь.

Ничего сложного, на самом деле. До банального очевидно.

Потому что незакрытые двери — это постоянный сквозняк, задувающий свечи, и отголоски творящегося в комнате прошлого хаоса, и тени, которые так и норовят просочиться в щели, и призраки, мечтающие обрести новую жизнь…

А ещё, что уж там, будем честны: самая большая опасность незакрытых дверей — соблазн вернуться.

В общем, всё очевидно. Уходя, плотно закрывайте дверь. Истина в первом, втором и даже сотом прочтении.

Но ирония в том, что у человечества всегда была проблема с этим правилом. Всегда. Это почти что как мёртвая лошадь, даже хуже. Уходя, плотно закрывайте дверь — но это ведь не всегда просто, верно? Чтобы закрыть дверь, надо сделать многое. Например, скрупулёзно убрать с дороги и разложить по полкам весь хлам, мешающий ей закрыться. И подобрать подходящий ключ.

И признать, что дверь существует, и что её пора закрывать. Эти два пункта особенно сложны к исполнению.

Именно потому человечество наловчилось проводить потрясающую работу по не закрыванию дверей; можно сказать, что за столетия развития цивилизации мы достигли в этом невиданного искусства.

Не признавать существование двери, подпереть напирающий с той стороны хлам колченогой табуреткой или, того хуже, собственной спиной, всем своим видом показывая, что так и должно быть, демонстративно игнорировать дверь, строить кособокую стену вокруг двери, перекрывая комнату, говорить, что дверь всегда была открыта и закрывать её — преступление против чего-нибудь…

О да. У людей всегда были сложные отношения с этим правилом. Сколько личностей, разумов, жизней, отношений, государств, систем были погублены неумением людей закрывать дверь — не сосчитать.

Мы каждый раз спотыкаемся на этом. Мы каждый раз говорим, что никогда больше.

Но мы всегда оставляем проклятые двери открытыми.

-

Стоя во главе гвадской делегации посреди правительственного космопорта, леди Авалон думала о правиле незакрытых дверей. А ещё — о сущности замкнутых кругов, опасности сбывающихся желаний и совершенно кошмарном чувстве юмора своей судьбы.

-

— Когда закончится война, я прилечу к тебе, — сказал однажды наивный маленький бог.

— Я буду ждать, — ответила ему не менее наивная девчонка.

-

И вот стоит ведь, ждёт.

Кошмарное, с какой стороны ни посмотри, чувство юмора.

Но правило незакрытых дверей никто не отменял, и вот она здесь, в этой ослепительной точке, где сошлись все пути — смотрит, как плавно снижается знакомая до последнего изгиба хищная чёрная машина.

Помнится, она когда-то протаранила одну такую же.

Но теперь всё очень торжественно, и официально, и строго. И роскошные костюмы, и пафосные лица, и флаги, и периметр оцеплён, чтобы, ни-ни, не пролез какой-нибудь излишне агрессивный энтузиаст…

Это всё, чтоб их, замкнутые круги и незакрытые двери. Она ненавидела их в тот момент. Всей душой. И особенно острым это чувство стало, когда ари Танатос, один из самых высокопоставленных чиновников новой Коалиции Альдо, величественно ступил на стерильно-чистую, матово блестящую поверхность космодрома.

Леди Авалон ненавидела всё в этой ситуации, и своё сердце в том числе. Она думала, что оно давно уже разучилось сбиваться с ритма, но недооценила силу приоткрытых дверей: ари Танатос шёл ей навстречу, и с каждым его шагом пульс бился всё быстрее, заставляя медицинский вирт выдавать предупреждения на внутреннем экране.

Она знала, насколько это глупо.

Она ничего не могла с собой поделать.

А ведь это первая их встреча — вот так, в реальном мире, лицом к лицу. Первая возможность по-настоящему его увидеть.

Спустя столько дорог, жизней и лет…

Нет, она, разумеется, прекрасно знала, как он выглядит — просматривала его личное дело, следила за карьерой, собирала все упоминания в медиа. Просто для того, чтобы знать всё о враге и потенциальном союзнике. Она читала досье, видела голоснимки, выучила наизусть список характеристик (врага ведь надо знать очень хорошо, верно?)... Ей казалось, что она полностью готова к встрече в реальной жизни. Ей казалось, что все чувства ушли.

Людям в целом много чего кажется. Но эти проклятые незакрытые двери…

Она действительно верила, что всё осталось в прошлом. Она верила, что, взглянув на него, не увидит ничего, кроме живой машины, шедевра альданской генной инженерии.

Наивно с её стороны.