— Зато потом как набросимся, набросимся! — насмешливо поддержал балагура Риф.
Феникс обрадованно кивнул.
Я некоторое время прислушивалась к их шутливому разговору, но вскоре махнула рукой, перестав обращать внимание на юмористов. Вроде бы настрой у всех неплохой, скорее всего, мы сумеем продержаться до ночи. А вот сразу же после заката станет намного хуже, ибо оставшегося у нас топлива никак не хватит на шесть часов непрерывного адского холода. Может, стоит подробнее порасспросить ламию — возможно, она подскажет что-то важное, ускользнувшее от моего внимания?
— Эрба, — я тихонько потянула подругу за рукав батистовой рубашки, незаметно увлекая ее чуть в сторону от бредущей по песку цепочки людей, дабы наш разговор не достиг ничьих любопытных ушей. — Что ты знаешь об этих ваших богах?
— Немного, — рассеянно пожала плечами ламия. — Они скрываются в запретной долине, находящейся за пустошами, в самом сердце нашей страны. Дорогу к Имлиру охраняет перевал Льда и Пламени, а в центре долины построен Храм крылатых богов и спрятана ее главная святыня — статуя крылатой девы.
— Крылатые боги? — изумилась я. — Они и правда умеют летать? Прости, Эрба, но в такое трудно поверить!
— Я мало осведомлена о подобных тайнах, — виновато вздохнула ламия. — Тебе нужно поговорить с Владом, моим женихом. Вот он способен порассказать много интересного.
Я сначала с сомнением, искоса взглянула на девушку, но потом в мою голову внезапно пришла вполне здравая мысль о том, что, возможно, Эрба немного повредилась умом, побывав в плену у жестокого Ордена, а поэтому в ее фантазиях реальность частенько начала подменяться вымыслом. Мне стало искренне жаль нашу добрую, нежную, но доверчивую и наивную ламию. В детстве я неоднократно читала готические романы, описывающие ламий как одну из разновидностей жестоких, кровожадных вампиров. Но сейчас те книги вызывали в моей душе лишь бурный смех, потому что Эрба слишком уж не походила на зловещих кровососов-вампиров, громко воспетых в увлекательных вымыслах чрезмерно экзальтированного Брема Стокера…
Как это происходило и в прошлую ночь, темнеть начало неожиданно, а пески так и не закончились. Я приметила небольшую выемку между двумя пологими холмиками:
— Остановимся здесь. Разведем скромный костер и постараемся прижаться друг к другу как можно плотнее, чтобы сберечь доступные нам крохи тепла.
Мои друзья тут же занялись обустройством лагеря.
— Алехандро! — Я подошла к виконту, что-то вполголоса обсуждающему с Реем, выглядевшим возбужденным. — Топлива не хватит на целую ночь…
— А это и не потребуется! — откликнулся вместо наследника орденец. В голосе юноши звучали неясные, но явно неприятные интонации. — До утра мы не доживем!
— Почему? — удивилась я.
— Смотри, — вытянул руку Алехандро, указывая в сгущающиеся сумерки, — смотри внимательно.
Я вгляделась в темноту, быстро становившуюся непроницаемой и неумолимо подступавшую к слабому пятну света, испускаемого нашим костром. Напрягая зрение, я с трудом различила многочисленные тени, мелькавшие на границе освещенного участка. Одна из теней вдруг остановилась и сверкнула кроваво-красными углями голодных глаз.
— Что это? — потрясенно шепнула я, испуганно прижимаясь к сильному плечу возлюбленного.
— Изгнанные! — ответил Рей.
И столько страха, столько отчаяния и обреченного бессилия прозвучало в этом коротком, страшном слове, что я невольно содрогнулась всем телом.
— Кто они такие? — настороженно спросил бдительный Риф.
— Стражи пустоши, — брезгливо скривился орденец, — не люди и не животные. Полудикие твари — каннибалы, изгнанные из цивилизованного общества…
Его слова прервал пронзительный визг Эрбы. Девушка замерла на месте, пугая нас своими неправдоподобно выпученными глазами и подрагивающим от ужаса пальцем тыча в темноту, где загадочных теней становилось все больше и больше.
— Изгнанные! — полуобморочно лепетала несчастная ламия. — Это они. Мы пропали!
Огнестрельного оружия у нас не нашлось. К сожалению, мы располагали только ножами и рапирами, да еще метательными звездочками виконта.
— М-да, негусто, — подвел неутешительный итог Рифорд.
— Лучше пускай нас сожрут, — простучала зубами Крися, крупной дрожью трясущаяся у хилого костерка в обнимку с бесполезным томом священного Писания. — Это, наверное, будет не так длительно и болезненно, как мучительное постепенно замерзание в течение нескольких часов.
— Сомневаюсь, — скептически покачал головой Рей. — Представь, из тебя начнут заживо вырывать огромные куски плоти, выгрызать кости, высасывать мозг, вытягивать кишки… Уверяю тебя, боль окажется просто ужасающей!
— Фу-у-у-у. — Эрба схватилась за живот и согнулась в безудержном приступе рвоты. — Прекрати немедленно, нам и без тебя страшно!
— Давайте сожжем книгу! — предложил находчивый Феникс. — Она толстая, гореть будет ярко. Может, свет отгонит этих тварей?
