— Нет. — Рей поспешно выхватил Писание из деятельных рук штурмана, уже испытывающих прочность книжного переплета. — Огнем их не отгонишь, а творение Захарии нам еще пригодится. Если, конечно, мы переживем эту ночь, в чем лично я очень сильно сомневаюсь: Изгнанных слишком много.
Да, тварей и впрямь оказалось слишком много. Я начала пересчитывать снующих во тьме врагов, сбилась на третьей сотне и бросила это бесполезное занятие. Изгнанные окружили нас плотным кольцом, и количество чудовищ продолжало неуклонно увеличиваться с каждой минутой. Их уверенность в себе возрастала пропорционально числу прибывающих собратьев, заставляя голодных тварей придвигаться к нам все ближе и ближе, а мы наконец-то получили возможность досконально рассмотреть внешний облик своих новоявленных врагов. Фигуры Изгнанных являлись гротескной пародией на облик нормального человека, уродливо пригнутого к земле и передвигающегося почти на четвереньках. С красными, налитыми кровью глазами, горящими ярким демоническим пламенем, грязные и нечесаные, завернутые в вонючие обрывки гниющих шкур, они внушали лишь ужас и омерзение. Нетерпеливое ворчание вырывалось из их голодных пастей, снабженных острыми, выпирающими наружу клыками.
— Чего они ждут? — пораженно шепнула я на ухо Алехандро, одной рукой крепко прижимавшего меня к своей груди, а в другой сжимавшего обнаженную рапиру.
— Не знаю, — ответил виконт. — Но подозреваю, что нападение будет не стихийным, а организованным!
Наследник не ошибся. Вперед выступила высокая черноволосая женщина, лицо которой отличалось от всех прочих морд ярко выраженным порочным коварством, буквально читавшимся в очерке тонкого носа и линии острых скул. Перед нами предстала личина осторожной, умной лисицы — повелительницы стаи. Женщина безмолвно подняла когтистую руку — и в следующий же миг на нас обрушилась лавина тел, обезумевших от жажды крови.
Эрба и Крися, обнявшись и накрывшись томом Писания, громко визжали, забившись во впадину меж двух холмиков. Над ними встали Рифорд и виконт, остриями своих рапир храбро отражавшие натиск Изгнанных. Айм довольно успешно орудовал широкими, обоюдоострыми ножами, принадлежавшими Алехандро, а Рей, Антонио и Феникс образовали непробиваемый треугольник вокруг меня, ощетинившийся стальными жалами клинков. Но вал темных тел захлестывал нас наподобие морского прилива, грозя погрести под собой. Оружие виконта безостановочно взлетало и опускалось, сея смерть и панику в рядах тварей, собирая щедрый урожай убитыми и ранеными. Но Изгнанные все прибывали, и тогда мной овладело безудержное отчаяние, граничащее с сумасшествием. Горячая волна гнева и ужаса, почти забывшаяся после разгрома Убежища, вновь накрыла меня своим огненным покрывалом. Ладони покраснели и налились пламенем, а из-под ногтей сыпались искры, синие огоньки электрических разрядов пробегали по прядям моих развевающихся на ветру волос. Я легко отстранила Алехандро, встретила его ошеломленный, растерянный взгляд, дерзко усмехнулась в ответ и шагнула вперед. И в тот же миг окружающий меня мир перестал существовать начисто, сменившись красной пеленой ярости, колеблющейся перед глазами. Мной овладела жажда убийства…
Как и на острове Сатар, я вытянула перед собой распростертые руки, с которых моментально полилось два потока ревущего пламени, неумолимо настигающего стену вонючих согбенных тел. Изгнанные выли и стонали, пытаясь убежать от беспощадного огня, но мгновенно вспыхивали подобно сухим дровам, брошенным в очаг, и жизнями расплачивались за свою неосмотрительность. Отвратительно воняло паленым. Мои друзья отступили и опустили оружие, как зачарованные наблюдая за торжеством неумолимой стихии, ибо порожденный мною огонь пожирал все: шкуры и мышцы, кости и волосы, оставляя после себя лишь крохотные кучки слабо дымящегося серого пепла. Пронзительный холод и тьма ночи сменились теплом и светом, исходившим от десятков живых факелов. Неожиданно я ощутила присутствие некой чужой воли — изначальной и самобытной, пытавшейся грубо ворваться в мой разум, подчинить его, подмять под себя. Мои глаза встретились со взглядом той загадочной женщины, которая и подала сигнал к атаке, обрекая нас на гибель. Очи демоницы, огромные и пронзительно-черные, завораживали, затягивая в свою страшную глубину, внутри которой читались туманный, болезненный разум и чудовищная воля. Предводительница, безусловно, обладала недюжинным экстрасенсорным потенциалом, позволявшим ей без труда управлять душами и телами звероподобных Изгнанных. Я ответила сильным энергетическим ударом, проникая в недра ее мозга, и испуганно отступила при виде того, что предстало моему восприятию. Когда-то давно королева Изгнанных тоже была ламией — могучей и властолюбивой. Но, увы, что-то страшное, произошедшее в ее жизни, мгновенно повергло королеву в пучину умопомрачения, поставило эту неординарную женщину на грань безумия, заставив добровольно уйти в стаю Стражей пустоши и со временем стать их полновластной хозяйкой и повелительницей. И теперь эта тварь пыталась убить меня!
