– Все еще нет, но я стараюсь. Я даже попросил Лючи дать мне отдых и подкинуть ключ к разгадке ее секретов, но он не расположен говорить. Только повторяет:
– Поппи cara, Поппи chérie, Поппи дорогая…
– Поппи cara… – начал попугай, подражая Майку, и Майк засмеялся.
– А вы были правы, Ария, посоветовав взять его с собой. Видно, что он помнит, где его настоящий дом.
– Мне просто хотелось, чтобы он еще раз пережил свои воспоминания – вот и все, – сказала она грустно. – Извините, я должна идти, меня зовет моя мать. Мы идем по магазинам – опять! Карральдо улетел в Хьюстон на поиски картин, как он сказал мне. Так что я спокойна – дня на два… О Господи, я несправедлива, он был так добр, особенно с мамой, а ведь у меня такое ощущение, что он ее не выносит. Увидимся, когда вы вернетесь. Или позвоните мне сами, если найдете доказательства. Буду молиться за вас!
Повесив старомодную телефонную трубку на рычажок-столбик, Майк лег на кровать – на кровать Поппи, заложив руки за голову. Он думал о Карральдо. Интересно, что он за человек? Он добыл свои миллионы легальным путем – благодаря продаже произведений искусства? Никто не знает настоящего ответа на этот вопрос – и, похоже, никогда не узнает. Это его личное дело. Но Майку была ненавистна мысль, что в это дело втянули Арию. Ничего удивительного, что она ждет как манны небесной, когда он вернется к ней с доказательствами.
– Мы не знакомы с вами, мистер Престон, – сказал он официальным тоном. – Но я много слышал о вас от Арии.
– Да, сэр, – сказал удивленный Майк. – Чем я могу вам помочь?
– Конечно, вам это может показаться странным, мистер Престон, но я прошу вас доверять мне. Конечно, я понимаю, что информация, которую вы собираете, сугубо конфиденциального характера – к этому вас обязывает ваше соглашение с мистером Либером, – но я нуждаюсь в том, чтобы вы сделали мне одолжение. Когда вы наконец узнаете, кто наследница или наследник состояния и имущества Поппи Мэллори, не могли бы вы сообщить об этом мне первому? Разумеется, вы рано или поздно скажете об этом Арии, но мне необходимо знать об этом немедленно. Я набрался смелости обратиться к вам с такой просьбой, мистер Престон, потому что это вопрос жизни и смерти. Это звучит мелодраматично, но поверьте мне, именно это я имел в виду.
Майк колебался, думая о загадочной смерти Клаудии, а потом о страхах Арии, которой казалось, что ее преследуют. С чувством ужаса он вспомнил о Лорен Хантер – ведь она была совсем одна в Лос-Анджелесе…
– Пожалуйста, верьте мне, мистер Престон, – настаивал Карральдо. – Обещаю, что вы не пожалеете об этом. Пока это все, что я могу рассказать вам. Пока…
Майк кивнул. Он не знал, почему он должен доверять этому человеку, но он поверил ему.
– Я позвоню вам, – пообещал он. – Как только я буду знать наверняка.
– Благодарю вас, – сказал Карральдо. Внезапно Майку показалось, что голос Карральдо был очень усталым. – Жду вашего звонка.
Карральдо вернулся в свое серое кресло, глядя на облака, плывшие за окном самолета, словно покрытые снегами вершины гор. Был уже почти февраль – время карнавала в Венеции. Он устроит грандиозный прием по поводу своей помолвки. И потом, если Ария согласится, они поженятся неделей позже.
Орландо закончил рисовать дом Памелы. Он положил рисунок на маленький столик, надеясь удивить ее, когда она проснется. День был в полном разгаре, и все уже давным-давно отправились кататься на лыжах. Он слышал, что гости собирались встретиться в клубе «Игл» за ленчем, но его не пригласили. Как-то само собой сложилось мнение, что он был собственностью Памелы, которой должна была распоряжаться она сама, – когда ей этого захочется.
Дом был роскошным – ему был намеренно придан мирный сельский вид – в альпийском духе; жаркое пламя горело день и ночь в овальном камине в просторной гостиной, и из окон открывался завораживающий вид на снежные вершины. Солнце сияло ярко, и Орландо взглянул на свои золотые часы от Картье – рождественский подарок Памелы. Часы были хорошими, но не самыми лучшими, которые мог предложить Картье. Как почти все богатые женщины, Памела была осторожна со своими деньгами.
Это место напоминает тюрьму, подумал он, шагая по отполированным половицам, как медведь в клетке, но не было смысла возвращаться в Венецию, когда там не было Арии. Он задумался о разнице во времени между Лос-Анджелесом и Гстаадом, колеблясь, – может, позвонить ей? Но потом он решил сердито, что она может и подождать. Взобравшись по ступенькам к комнате Памелы, он распахнул дверь.
Она сонно приподнялась на локте, откидывая волосы с лица.
– А-а, Орландо, – пробормотала она. – Именно тот мужчина, которого мне хотелось видеть. Подойди сюда, дорогой.
Он подошел к кровати, глядя на нее выразительно.
– Почему ты так смотришь на меня? – почти выкрикнула Памела резко. – Иногда ты бываешь таким странным, Орландо. Мне кажется, что я совсем не знаю тебя.
– Ну конечно, знаешь, – сказал он, – расстегивая рубашку.
– Ну что ж, – сказала она, разглядывая его с улыбкой. – Тогда почему бы тебе не присоединиться ко мне? Здесь очень уютно.
