По мере того как наука все глубже проникала в тайны календаря, изучению которого некоторые специалисты посвящали всю свою жизнь, эта и без того богатая неожиданностями цивилизация поразила исследователей еще одним открытием. Календарь майя оказался лучшим на свете! Он был построен на совсем ином принципе, нежели все известные нам календари, и тем не менее был самым точным. Его структура, если оставить в стороне тонкости, которые и поныне еще далеко не выяснены, выглядит следующим образом.
Он состоял из нескольких циклов.
Первый – 260-дневный цикл, в котором повторялись названия дня и числа недели. (Необходимо иметь в виду, что дни недели у майя обозначались числами от 1 до 13, то есть неделя была тринадцатидневной, а дни месяца имели 20 названий и, кроме того, тоже обозначались числами от 0 до 19 – первый день считался нулевым.) Этот цикл называется «цолькин» (ацтекское «тона-ла-матль»).
Второй – четырехлетний цикл, в котором повторялись названия дня и числа месяца. Год майя – «хааб» – состоял из 365 дней (18 двадцатидневных месяцев и 5 добавочных дней).
Наконец, существовал еще и третий цикл, представлявший своего рода комбинацию «цолькина» и «хааба». Это так называемый календарный круг – 52-летний цикл (13 четырехлетних). Этот цикл состоял из 18 980 дней. Он играл особенно важную роль в жизни майя, в чем мы еще убедимся.
Наконец, майя пользовались и «длинным счетом» по «к’атунам» – «двадцатилетиям», который велся от определенной начальной даты.
Исходная дата майя «4 Ахау, 8 Кумху» соответствует по своей функции дате начала христианского летосчисления, подчеркиваем – только по своей функции, отнюдь не по дате.
Пользуясь своей системой летосчисления, настолько разработанной в деталях и сложной, что подробный рассказ о ней занял бы целую книгу, майя превзошли по точности все остальные календари на свете20.
Мы не правы, считая (во всяком случае, так полагают еще многие), будто современный календарь является наилучшим. Он всего-навсего несколько лучше предшествовавших календарей.
Так, в 238 году до н. э. Птолемей III несколько исправил древнеегипетское летосчисление. С именем Юлия Цезаря связан так называемый юлианский календарь, который просуществовал вплоть до 1587 года, когда папа Григорий XIII заменил его новым, так называемым григорианским.
И если мы сравним данные о протяженности года всех этих календарей с данными астрономических исчислений, то мы увидим, что наиболее точным был именно календарь майя.
Длина года (в днях) составляет:
Однако этот народ, который вел точнейшие астрономические наблюдения и оперировал самыми сложными математическими выкладками, что говорит о рационалистическом характере его мышления, в конце концов погряз в мистицизме. Майя, создатели лучшего на свете календаря, стали его рабами21.
Над открытием тайны календаря майя бьется уже третье поколение ученых. Работа началась с того момента, когда был найден манускрипт де Ланды. Первых успехов удалось достигнуть при обработке материалов коллекции Модели. Исследования продолжаются и сегодня.
Что касается дешифровки письменности майя, то прогресс в этой области связан с именами Е. В. Фёрстемана (германиста, который первым составил комментарии к «Codex Dresdensis»), Эдуарда Зелера (преподавателя, затем директора Берлинского музея народоведения, собравшего, пожалуй, самый значительный после Модели материал о майя и ацтеках), Томпсона, Гудмена, Боаса, Прайса, Рикетсона, Вальтера Лемана, Баудича и Морли.
Упоминая имена одних, мы совершаем несправедливость по отношению к бесчисленному множеству других, менее известных ученых – тех, кто занимается копированием знаков и изображений или же посвящает себя разрешению отдельных аспектов этой проблемы. Наука об американских цивилизациях является плодом коллективного труда.
Так же коллективно был преодолен последний, самый тяжелый участок, позволивший перейти от календаря к хронологии истории майя, ибо изучение календаря не должно было стать самоцелью.
Символы, обозначающие месяцы, дни и циклы, находились на фасадах, колоннах, фризах, на лестницах храмов и дворцов. Дата окончания строительства того или иного сооружения была, так сказать, запечатлена у него на лбу.
Задача заключалась в том, чтобы, сгруппировав памятники во времени, расположить их в хронологическом порядке, разобраться во взаимосвязях этих групп – короче говоря, увидеть историю. Но чью же историю?
Разумеется, историю майя. Ответ вроде бы ясен.
Тем не менее вопрос вовсе не так наивен, как может показаться на первый взгляд. Дело в том, что все полученные учеными сведения имели один недостаток: они позволяли видеть только историю майя, точнее говоря, собственную хронологию майя безотносительно к нашему летосчислению.
Ученые снова очутились перед проблемой, которая никогда еще не стояла так остро при изучении истории Древнего мира.
