– Я… я помню это место, – выдохнула Коко.
Она посмотрела на меня темными глазами, в которых сверкнула уверенность. И надежда.
Улыбнувшись, я выпустила ее руку, и она, споткнувшись, сделала шаг вперед.
– Я уже была здесь. Ле-Презаж, – произнесла Коко так, словно пробовала это слово на вкус, и улыбнулась мне в ответ. Ее гнев и негодование улетучились. Память бывает странной и удивительной. – Град Провидицы. Ле-Пале-де-Кристаль.
Анжелика взмахнула рукой, словно хотела дотронуться до Коко, но так и не решилась.
– Ты родилась здесь.
Коко резко обернулась к ней, задыхаясь от волнения, и ее наконец прорвало:
– Как? Как я здесь родилась, если ты не можешь покинуть воды? Мой отец тритон? Или Константин? Почему город построен на суше? И откуда она посреди Печальных вод?
Анжелика рассмеялась такому порыву – ее смех и правда звучал как колокольчик – и жестом пригласила нас пройти к воротам. Морские звезды следовали за нами по пятам. Они не разговаривали и были практически незаметны, но казались… любопытными. Как феи.
– Здесь не всегда сухо, – сказала Анжелика. – Как я уже упоминала, мелузины очень вежливы. Они хотят, чтобы их гостям было удобно.
– То есть они осушили весь город? – изумился Бо. – Только чтобы мы могли дышать?
Анжелика изящно пожала плечами.
– Почему бы и нет?
– То есть они все-таки могут ходить по суше? – спросила я и сунула палец в пульсирующую воду. Морские звезды окружили его и высветили кости сквозь кожу. Я зачарованно сгибала и разгибала палец, наблюдая, как они кружатся, отчаянно желая притронуться ко мне. Кожу покалывало от их холодного прикосновения.
Улыбка на лице Анжелики померкла. Она шлепнула меня по руке.
– Прекрати. – Она поднесла мою руку к глазам, и я увидела на пальце множество кроваво-красных точек. Следы от зубов. – Они так съедят тебя.
Я возмущенно отдернула руку, вытирая кровь о платье и свирепо глядя на плотоядных мальков.
– Мы не на суше, – твердо заявила Анжелика. – Не заблуждайтесь. Мы на морском дне, и здесь мелузины могут спокойно отращивать ноги.
– Отращивать ноги? – Лицо Бо скривилось от отвращения, когда несколько человекоподобных существ поплыли к нам от ворот, сверкая серебристыми хвостами.
Я придвинулась ближе к Риду.
– Как лягушки? – спросил Бо.
Анжелика приняла равнодушный вид, когда из воды показались лица. Три женщины и двое мужчин. Кто-то тонкий и изящный, кто-то плотнее и шире, но все они были выше человека, их руки и ноги были вытянуты, а двигались они плавно и грациозно. Цветом они тоже отличались, от бледно-серебристого до угольно-черного, но все мерцали перламутровыми чешуйками. В перепончатых пальцах они держали какие-то копья. Вероятно, трезубцы.
Что бы они там ни держали в руках, наткнуться на эти зловеще сверкающие острия мне не хотелось точно.
– Бо, – прошептала я, любезно улыбаясь и глядя на враждебных мелузин. – Извинись, тупая ты башка.
Бо налетел на меня, едва не отдавив мне ногу. В ответ я наступила ему на пальцы. Он громко выругался.
– Вряд ли они меня слышали, правда же?
– Отлично. Давай рискнем и узнаем, – сказала Коко с застывшей улыбкой и, подражая Селии, присела в глубоком реверансе. Она толкнула Бо, когда тот не последовал их примеру.
– Я же просто спросил…
Мелузины не остановились у водных стен – они без труда прошли сквозь них и шагнули – именно шагнули – на тропинку. Их раздвоенные хвосты превратились в ноги прямо у нас на глазах. Чешуя на плавниках исчезла, и блестящая кожа покрыла их ступни, лодыжки, ноги, бедра и…
Спустя несколько секунд тишины тревога Бо отступила, и его лицо расплылось в широкой довольной ухмылке.
Мелузины были обнажены.
И, вопреки словам Анжелики, сейчас они стали очень похожи на людей. Селия ахнула.
– Бонжур, мадемуазель, – сказал Бо мелузине впереди и наклонился, чтобы поцеловать ей руку. Он замешкался лишь на секунду, когда увидел, что на каждом пальце у нее по одной лишней костяшке. Мелузина направила копье ему в лицо и обнажила тонкие клыки.
– Ты смеешь прикасаться ко мне без позволения?
Стоявший рядом мужчина вскинул свой трезубец, вторя ей. В отличие от женщины он носил на шее золотую нить с изумрудным кулоном, размером с гусиное яйцо. В заостренных ушах его сверкали точно такие же камни.
– А еще он сравнил нас с земноводными. – Мужчина хищно склонил голову и угрожающе сверкнул серебристыми глазами. – Мы похожи на земноводных?
Анжелика присела в глубоком изящном реверансе.
– Он не желал никого обидеть, Орельен.
Бо сложил руки в мирном жесте и торопливо закивал:
– Я не желал никого обидеть.
Женщина покосилась на него черными глазами. На фоне ее узкого серебристого лица и очень длинных серебряных волос они чересчур выделялись, да и к тому же были просто огромными. Все в мелузинах казалось каким-то непропорциональным. Не то чтобы неправильным. Просто… странным. И удивительным. Словно красивый портрет, которым не восхищаешься, а который скорее изучаешь. Оружие русалка, однако, не опустила.
– Но я по-прежнему не услышала извинений. Или человеческий принц считает, что мы уродливы? Он думает, что мы странны?
«Да».
