Ответ так и хотел сорваться с моих губ, но я вовремя прикусила язык. Нахмурившись, я отвела взгляд, но привлекла внимание мелузины. Она скользнула по мне черными глазами. Изучая меня. Затем мрачно и хитро усмехнулась, и желудок у меня скрутило. Я все поняла.
«Женщины, обитающие в водах, любят правду».
«Испей из вод и пролей их истину».
О боже.
Бо, проглотив свой ответ и издав какой-то сдавленный хрип, в ужасе посмотрел на меня. Я ответила ему таким же взглядом. Если мы не могли лгать, если мы оказались в царстве правды…
Если нас не погубит Бо, то погублю я.
Так или иначе, к утру мы все умрем.
Бо снова попытался заговорить, неотрывно глядя в лицо мелузины. В горло ему упиралось копье.
– Конечно, вы нисколько не похожи на лягушку, мадемуазель. Я приношу вам глубочайшие извинения за эту фразу. Вы крайне… – Ложь застряла у него в горле. Бо открывал и закрывал рот, словно те рыбы, собравшиеся поглазеть на нашу неминуемую гибель. – Крайне…
– Прелестны, – договорила за него Селия твердо и искренне. – Вы прелестны.
Мелузины с нескрываемым любопытством посмотрели на Селию. Женщина с серебряными волосами медленно опустила копье. Бо громко сглотнул, а русалка склонила голову. Остальные последовали ее примеру, кто-то низко поклонился, кто-то присел в реверансе. Орельен даже протянул Селии руку и положил ей на ладонь изумрудную серьгу.
– Мы рады видеть вас у нас в гостях, Селия Трамбле. – Мелузина с серебряными волосами скривила губы, взглянув на Бо. – Куда больше, чем ваших спутников.
Селия присела в реверансе, но уже не таком низком.
– Рада встрече, мадемуазель?..
– Я Эльвира, Десница Провидицы. – Мелузина одобрительно улыбнулась, глядя на безупречные манеры Селии.
Ее спутница надела Селии на шею нитку красивого белого жемчуга. Ожерелье выглядело нелепо на фоне ее изодранного наряда, но, кажется, Селии было все равно.
– Благодарю вас. – Она удивленно подняла руку и нежно погладила жемчуг, а затем вставила изумрудную серьгу в ухо. И стала похожа на сороку. – Я буду беречь ваши дары.
Бо с изумлением уставился на нее.
– Украшения вам к лицу. – Кивнула Эльвира и указала на своих спутников. – Мы проводим вас до Града Провидицы. Это Орельен.
Она указала на усыпанного драгоценностями, но в остальном совершенно нагого мужчину.
– Олимпьенна.
Это была русалка с бледно-лавандовой кожей и зубами, украшенными бриллиантами.
– Леопольдина.
Женщина с тонкими золотыми цепочками, сверкающими на угольно-черном теле.
– Ласимонн и Шабтай. – Эльвира представила последних тритонов.
У одного в сосках сверкали рубины, а глаза другого поблескивали молочно-белым цветом. В его косу были вплетены водоросли.
– Мы очарованы встречей с вами. Мадемуазель Селия, не будете ли вы столь любезны составить мне компанию?
Селия кивнула. Эльвира взяла ее под руку, и они пошли вперед, словно чопорные и воспитанные аристократки, прогуливающиеся по Цезари-ну. Шабтай жестом велел Анжелике и Коко идти сзади, а Леопольдина и Ласимонн встали около Рида. Орельен зашагал рядом, даже не оглянувшись. Лишь его покрытый ракушками трезубец подгонял нас вперед.
И вот так мы с Бо оказались позади всей процессии.
Ле-Презаж был ни на что не похож. Как я и предполагала, мелузины жили словно сороки. Они строили дома из затонувших кораблей, кораллов и камней, украшали найденными драгоценностями окна и лужайки. На окраине города в заросшем водорослями саду глубоко в иле покоился обветшалый мраморный бюст. В глазах у него сверкали бриллианты. Мелузины отвели нас подальше от оживленной улицы. Дорога была вымощена не камнями или кирпичами, а разномастными деньгами – золотыми, серебряными или бронзовыми кронами, чужеземными монетами, которые я не признала. Иногда попадались драгоценные камни или ракушки.
– Здесь всегда так… многолюдно? – спросил Бо, вскидывая брови.
Десятки мелузин собрались на улице и глядели на нас. Их глаза сияли, а кожа блестела. Многие носили наряды, вышедшие из моды сотни лет назад – вычурные и богато украшенные, – в то время как другие, как наши стражи, не носили вообще ничего. Тритон с костяным ожерельем и жемчужным капюшоном подмигнул мне издалека. Его спутница выкрасила все тело в золотой цвет, украсив затейливо заплетенные в пучок волосы лишь вилкой.
Кажется, из схожего у мелузин были лишь ноги.
– Мы давно не ходили по суше, – пояснил Орельен.
Из-за поворота показалась упряжка желто-коричневых осьминогов, тянувших за собой позолоченную карету. Правда, краску разъело соленой водой, дерево сгнило, а крыша наполовину обломилась. Но мелузины радостно захлопали в ладоши, а пара в карете – господи, у одного даже монокль был – помахала, словно королевские особы. Возможно, короли и королевы подводного царства владели осьминогами и каретами. Может быть, они вшивали акульи зубы в вуали и носили золотые столовые приборы в напудренных париках.
Весь город сиял от смехотворной роскоши, превратившейся в пустышку.
Просто восторг!
