Я бы поспорил на самом деле, потому что в отличии от некоторых жиртрестов видел этих «неженок» в бою, но аргументы здесь не сработают. У этой свиньи, скорее всего есть определённая задача, которую он безукоризненно выполняет.
— Не улавливаю связи.
— Да ссут они. Даже если новый король официально объявит тебя маршалом на ближайший поход, то знатные за человеком не пойдут. Потому что ты в бою больше трясся над той грёбаной тысячей тёмных, чем над светлыми. Иное дело, если ты станешь частью их народа, да! — гном заржал особенно пошло. — А что, удобно. Девчонка потерпит лет пятьдесят, если отравить тебя с твоей тёмной любовницей не надумает, а там уж и наследство твоё короне отойдёт. Всем хорошо! И пофиг, что остаток жизни дурочка будет считаться порченной. А тебе вообще полный комплект! Была просто тёмненькая, а будет ещё и светленькая!
Слушаю вот этого гнома, а сам себе поражаюсь, почему у него в голове всё ещё так мало дырок? Рука так сильно хочет стиснуть рукоять и нажать на спуск что аж зудит. И по фигу на то, что он скорее всего так своеобразно передаёт мне ценную достоверную информацию.
— И зачем им так перестраховываться? — мне действительно нелегко продолжать эту беседу. Приходится изо всех сил напрягать навык терпения «VIP»-а.
— Знать поставила королю условие. А потом всю оставшуюся жизнь будут поминать ему, что в роду были обезьяны.
Опять эти обезьяны. Достали они все со своими обезьянами.
— Я понял. Тебе-то зачем мне это говорить?
— А я замок твой движимый купить хочу! Ну и тебя, если ещё не польстился на эльфийские щёлочки.
— Чего? — думал, что этим вечером меня уже ничто не удивит.
— Нехер, говорю, такую красоту об тёмных бить, нехай сами промеж собой развлекаются! Назови свою цену и ударим порукам! Торговаться даже не стану! Вся гномья казна в твоём распоряжении, брат!
О как! Уже брат!
— А не напомнишь ли мне, брат, кто не поставил эльфам в срок предоплаченное оружие?
— Оно в пути!
— Но его значительно меньше, чем должно быть.
— И что? Сейчас много кто воюет! — отмахивается рыжий. — Всем нужны мечи, вот они и дорожают. А то что не в срок, так кто эти сроки оговаривал вообще? Но с тобой-то всё нормально будет! Заплатят честь по чести!
Ага, конечно.
— А с чего ты вообще взял, что я продам свой дом.
— Так ты ж человек! С любым человеком договориться за правильную цену можно!
Даже так, да? Ну ладно.
— Хорошо. Я назову свою цену. Тем более, что действительно уже размышлял о разумных эквивалентах
Гном аж руки потёр в радостном предвкушении, что ж, не будем обманывать его ожиданий.
— Чтобы выплатить мне адекватную стоимость этого корабля, ты должен вырезать сердца и чрева всех ваших женщин, к ним добавить все руки всех ваших мужчин, вытряхнуть содержимое всех своих сокровищниц и заначек, будь то камни, монеты или слитки, всё чёрное железо из арсеналов и мастерских. Только после этого я скажу твоему королю, что сумма достаточная для выкупа моего корабля. Без торга. И поверь мне, я узнаю, если хоть одно из этих условий будет выполнено не полностью.
Сначала гном засмеялся. Потом перестал и очень-очень долго вглядывался в мои глаза.
— Это очень-очень странная шутка, человек.
— Разве похоже, что я шучу, гном? Нет. Цена не то, что реальна, она стократно занижена, ибо чтобы создать подобное мне потребовалось использовать тысячи лет знаний и умений своего народа, за которые люди расплачивались конечностями, здоровьем, будущим, своими детьми, потраченными годами собственного времени и ресурсами, которых хватило бы, чтобы такой народ как ваш, жил так как он живёт сейчас, веками ни разу не ударив пальцем о палец. И что ты можешь предложить мне за это, гном? То, что вы там в своих шахтах наковыряли? Даже не смешно. Мне твоё золото — пыль, а то, что вы зовёте роскошью, я вообще обсуждать не хочу.
Гном хотел что-то возразить, даже поднял свой сосискообразный палец, но сам себя одёрнул. Довольно продолжительное время он осматривал меня с головы до ног.
— Нет, человек, ты не шутишь. — совершенно иным голосом заполнил паузу здоровяк. — Но эльфам ты что-то да дал. И тёмным, и светлым.
— Да. Я сделал это сам, добровольно, самостоятельно назначив цену. И не важно, дар нуждающимся это был или задел на будущие преференции. Но скажи мне гном, чьего имени я так и не услышал, как мне договариваться со стороной, которая уже на моих глазах однажды не выполнила своих обязательств с древнейшим союзником? А о скольких разах мне ещё не успели рассказать?
Рыжебородый на это лишь фыркнул.
— Я предупреждал, что нам это аукнется. В Штутгарте длинные бороды решили, что на этот раз светлых точно можно списывать, вот и наинструктировали всякого.
— Понимаю. Очень сложно зарабатывать, продавая оружие на обе стороны конфликта.
— Понимаешь?
— Не вы первые на моей памяти. Всегда есть кто-то, устроившийся даже слишком удобно, чтобы не воспользоваться такой возможностью.
— И ты?..
