«Але, болезная, – проворчал Шепот, – вообще-то это – враг».
А я не могла отвести от него глаз, даже моргать забывала, пока из-под ресниц не выступили слезы. Тепло. Покой. Нет, не правильные слова все. Безмятежность, вот оно. Хотелось дотронуться до него, сесть рядом на грязном подвальном полу и остаться тут навсегда. Семья, дом, Дэвлин, Дай-Пивка – разве все это было важно? Дотронуться, позволить свету пролиться сквозь, как сходящий весной с гор поток смывает грязь, а потом просто раствориться в теплых лучах. Даже сама не заметила, как сделала первый шаг к сияющей во мраке фигуре. Никто не замечал, сосредоточившись на вселенном. Никто не остановил бы.
Но пришла боль. Боль всегда отрезвляет, и полыхнувшая алым Печать обожгла кожу и вернула разум. Оказывается, прошла всего пара секунд.
«Медленно пятимся», – выдохнул Лусус.
«Назад, из света во тьму, – мрачно поддакнул Шепот, – и то и другое пытается сломать нам разум, но ко второй мы хотя бы начинаем привыкать».
Тени отплясывали вокруг фигуры Дэвлина жаркое танго и бились, как щупальца агонизирующего кальмара, даже выбившиеся из хвоста пряди развевались, будто он стоял на сильном ветру, а глаза светились безжалостными золотыми солнцами. Во мраке мне сразу стало легче: привычные мурашки холодящего кровь ужаса от присутствующего рядом Пожирателя Душ – это нормально. Гораздо лучше, чем желание радостно потерять собственную личность.
– После того, как ты подстроил все так, что у нее фактически не было его, этого выбора? – полюбопытствовал пленник.
Интересное дело, а он сейчас что пытался со мной сделать? Или это не он? Или он, но не нарочно?
– А вот тут ты слишком многое мне приписываешь.
Вселенный покачал головой и улыбнулся.
– Ты знаешь, что такое геомант, – повторил пленник, – и я не позволю тебе из-за непомерных амбиций уничтожить ее. А если речь идет о свободе воли, позволь мне рассказать ей правду, а не только твою однобокую точку зрения. Как на счет этого?
Я замерла, боясь дышать. Переводила взгляд с Дэвлина на пленника и обратно, а мэтр Купер поднял руку с револьвером, нацелив оружие в лоб связанного, позволив своим теням укрыть меня, как плащом, пряча от влияния Эмпиреев. Я знала, как он думает. Должно быть, в голове его сейчас выстраиваются сотни вариантов ближайшего будущего. Наконец демон опустил оружие.
– Крис, ты хочешь его выслушать?
– Я не знаю… – пролепетала я, кристально ясно понимая, что сейчас весь мир, к которому я только начала привыкать, снова рассыплется на мелкие ранящие осколки.
– Да или нет? – прорычал демон, резким, неизвестным мне до этого момента тоном.
– Кристина, – улыбнулся мне вселенный, – извини, я не подумал, что для тебя это может оказаться шоком. Возможно, ты пока просто не готова к ответам, которые я могу тебе дать. Не переживай, я буду ждать, сколько нужно.
– Подожди-ка, – я подошла чуть ближе, и Эрик остановил меня, схватив за плечо, – подожди! Я знаю тебя. У тебя было другое лицо, но глаза! Месяц назад, в Ронде, на дороге, вы были с наемниками. Когда еще мы спасли ту женщину. Мистрэ…
– Андерс, – улыбнулся вселенный, – все верно. Я оказался случайно рядом, когда ты применила свой дар. Я не тороплю тебя. Мы поговорим чуть позже. Я не хочу тебе ничего плохого. Я – на твоей стороне. Я буду защищать тебя и вытащу из всей этой ситуации. В мире есть не только Тьма. Но пока подумай вот о чем. Прожить жизнь, не заведя семью, не почувствовав взаимной любви, принося в мир зло, зато постепенно свыкаясь с мыслью о самоубийстве, это – твое решение? Твоя свобода воли? Или нет? И если твоя – как тебя угораздило выбрать себе такой путь? Ради чего? И почему тогда твои «друзья» не говорят тебе, что ты такое на самом деле?
– Все сказал? – поинтересовался холодно Дэвлин, резко возвращая себе полностью человеческий облик.
– Почти, – безмятежно отозвался пленник, переводя взгляд на него, – твой отец, демон, как мне рассказывали, настолько полюбил смертную, что нарушил ради нее все правила. Все обычаи. Чуть не развязал войну с собственной Семьей. Да, Кристина, такое тоже бывает, но только твой «друг» ради тебя правил не нарушит, потому что ты для него – всего лишь инструмент. Мы еще поговорим позже. А тебя, демон, я отправлю обратно в ту бездну, из которой ты вылез.
Уллисия вновь вздрогнул и стал самим собой. Он таращился на нас, ничего не понимая. И в этом смысле нас было уже двое.
– Мне, пожалуй, надо выпить, – проговорила я, выходя из подвала, пытаясь заставить голос не дрожать.
– Погоди, – Дэвлин убрал оружие и направился за мной, – Эрик, сунь его пока в темницу, потом разберемся.
Мы вышли на воздух, где мне стало немного полегче. Мэтр Купер взял меня за локоть и привел по лестнице на крепостную стену. Тут шумел, развивая флаги, прохладный ветер и не было кроме нас ни души. Как он догадался, что мне нужен ветер?
«Как только мне показалось, что я нашла все ответы – сразу же принялись изменяться вопросы».
– Это был тот самый ангел? – спросила я, не глядя на спутника.
– Да.
– Теперь понятно, как та девушка принесла мне ту записку. Вселение, да?
