Окрик Благоволина, брошенный в спину Чума, шедшего к лаборатории в полный рост, не остался не замеченным не только тем, кому он предназначался – Чум лишь отмахнулся, напрочь игнорируя дисциплину с субординацией, но и не укрылся от десантников, немедленно вскинувших оружие в сторону приближавшегося человека.
– И куда целим? – Чум, остановившийся метрах в десяти от нацеленных на него стволов и наконечников копий, медленно развёл руки демонстрируя пустые ладони:
– Или не признали?
– Да как тебя, командир, и не признать, – Треус, действительно ставший командиром полуманипулы, опустил к земле остриё пиллума: – Ты один? А остальные старики где? – Чуть склонив голову он заглянул ему за спину, надеясь увидеть там остальных землян, которых он и имел в виду, называя их «стариками», что на жаргоне легионеров было равно «ветерану».
– Страхуют, – пожав плечами Чум засунул руки в карманы, оставив снаружи только большие пальцы.
– Страхуют, значит, – повторил за ним Треус, и его короткое копьё качнуло лезвием вверх-вниз, отражая его колебания.
– Страхуют, – ещё раз поговорив это простое слово, он сдвинул шлем на лоб, принявшись остервенело чесать затылок стимулируя мыслительный процесс.
– Страхуют, да? – Вдоволь начесавшись, он поправил каску: – Значит, вы со Стариком, не заодно?
– Не заодно, – не вынимая рук из карманов, Чум качнулся всем телом, подтверждая его вывод: – Скорее даже наоборот. Противоположны мы.
– Значит, – Треус было вновь потянулся к затылку, но эффект предыдущей стимуляции ещё действовал, и его рука замерла на пол пути, остановившись около лица: – Противоположности?
– Ну да! – Начавший уже закипать Чум – он хоть и знал, что этот легионер не относится к числу мыслителей, но подобная заторможенность его дико раздражала, торопливо закивал, словно его кивки могли ускорить бег мыслей в голове Треуса: – Мы. С ним. Разошлись. – Каждое произнесённое слово Чум сопровождал энергичным кивком: – Причина. Разные. Взгляды. На. – Он хотел было сказать – «на развитие дальнейших событий», но в последний момент осёкся, опасаясь перегрузить и так трудившейся на пределе возможностей мозг легионера.
– На. Поведение.
– А? Поведение? Так вы что, получается, – воткнув пиллум в грунт, Треус принялся растирать ладонями побагровевшее от тяжёлой мыслительной работы, лицо: – Вы, получается, недовольны? О! Дося? – Он почтительно поклонился девушке, подошедшей к Чуму и вставшей рядом с ним:
– Рад видеть вас, госпожа. И почтенного господина Маслова и блистательного Благоволина, – стоило только остальным оказаться рядом с Чумом, как Треус, прежде с трудом ворочавший мысли в голове, мигом посветлел лицом. Теперь, в их присутствии, можно было и расслабиться – а как иначе? Вот, уважаемые ветераны пришли, старшие по корабельной иерархии. Успокаиваясь – пусть старшие разбираются, он механически проговаривал вбитые в него годами службы, стандартные и почтительные фразы радуясь возможности спихнуть все проблемы, на землян, бывших вторыми после Старика по привычной иерархии.
И именно так, и ни как иначе.
– Аве, боец, – хлопнул себя кулаком по груди Маслов, хорошо представлявших бег мыслей в голове легионера. Своим салютом и обращением он намеренно подводил Треуса к мысли, что теперь-то, с их появлением, всё пойдёт по-старому.
– На этих железяк, – он небрежно кивнул на механоидов, по прежнему сохранявших неподвижность: – Внимания не обращать. Мы их заблокировали. И теперь мы тут старшие. Берём ситуацию под свой контроль. Qui non nobiscum, adversus nos est! – Перешёл он на Преторианский, укрепляя веру легионера в возвращении всего на круги своя и требуя от него принять решение – на чьей он стороне.
– Bis dat, qui cito dat, – видя колебания командира полуманипулы быстро добавил Маслов и Треус, в глазах которого немедленно начал разгораться алчный огонёк, понятливо кивнул.
– Et certe! – Принявший решение боец, втянулся перед ним по стойке смирно.
– Я сказал ему, – не сводя глаз с окаменевшего легионера тихо прошептал в микрофон Маслов: – Всего две фразы – «Кто не с нами, тот против нас», и «Тот, кто даёт быстро, даёт вдвойне», обещая бонусы, если он будет с нами. Думаю…
Продолжить ему не удалось – Треус, принявший наконец решение, пошевелился, и чуть склонившись в сторону Игоря и, одними губами, практически на самой границе слуха, произнёс:
– Вы позволите, почтеннейший?
Примерно понимая, что именно сейчас произойдёт, Маслов коротко кивнул и его ожидания не оказались обмануты.
Чётко, как на плацу, развернувшись через левое плечо, легионер на миг поставил древко копья к ноге – но, только на миг. Секунда и пиллум, рассыпая искры с активированного острия, взлетел над блестящим шлемом, где и замер, превращая фигуру бойца в подобие буквы «Т».
