— А давайте мы сейчас все поклянемся, что тоже забудем о том, о чем вы обещали забыть? И тогда можете нам с чистой совестью все рассказать! — внесла рацпредложение Лайма.
Света тут же радостно закивала, Ника скептически наморщила лоб, а мы с Матеем дружно скривились. Я-то понятно почему, а он? Как выяснилось, Лекс успел ему сообщить, что хоть обещание и не было ничем скреплено, тем не менее было дано магу, а в этом случае невыполнение условий может иметь последствия. Какие и когда непонятно, но сама вероятность их наступления крайне нежелательна.
— А, ладно, стихии со всем этим, — Ника досадливо махнула рукой и, набрав побольше воздуха в легкие, выпалила: — Света, мне надо с тобой поговорить!
И поговорила. Очень содержательно. Во-первых, выяснилось, что никакая она не Ника, точнее Ника, но это ее ник. На самом деле ее зовут Эния и она Богиня любви и красоты. Сказать, что я сильно удивилась? Нет, скорее, предполагала что-то в этом роде. Во-вторых, оказалось, что наша Света каким-то образом заполучила статус жрицы Богини любви и красоты. Статус не номинальный, а со всеми полномочиями. И вот, пока моя подруга, нервно теребя шерстку Лекса, переваривала этот факт, прозвучало «в-третьих» — совсем недавно через новоиспеченную жрицу было совершено интересное во всех отношениях благословение. Далее последовало небольшое отступление с целью объяснить нам со Светой как вообще эти благословения происходят и какое воздействие имеют. Так вот Света благословила пару на взаимную любовь. Но при этом на мужчину благословение начнет действовать уже сейчас, а вот девушку настигнет лишь через тридцать три года. Ника, то есть Эния, никак не привыкну к ее настоящему имени, хотела знать, как такое вообще получилось, ибо она сама всегда благословляла исключительно на одновременную взаимность.
Услышав про тридцать три года, я начала нервно хихикать, именно столько лет Света велела Дипону свою любовь ждать. Самое обидное, что девушку благословили как бы заочно! Света пребывала в шоке и закрывала ладошкой рот всякий раз, как хотела что-то сказать. В итоге мне пришлось объявить, что мы не можем раскрыть тайну этого благословения по той же причине, по которой не можем рассказать о причине недомогания Лекса.
— Понятно, — сделал вывод Матей и недобро прищурился.
Все дружно вздохнули и замолчали. Вот так нечаянно создалась ситуация, в которой все обо всем догадываются, но поговорить об этом не могут.
— Так я теперь всех, кого захочу могу благословлять? — первой нарушила тишину Света.
— Не всех! — возразила Ника и прочла целую лекцию на тему серьезности подхода, ответственности и необходимости оценки вариативности последствий. Правда, в конце добавила, что в ее случае, в смысле в случае Светы, это все заменяется интуицией. Пригорюнившаяся было Света тут же воспряла духом и окинула оценивающим, я бы сказала, примеряющимся взглядом сначала Матея, потом меня. Я погрозила ей пальцем, чтоб даже не помышляла, но эта зараза мне только подмигнула и как ни в чем не бывало продолжила задавать уточняющие вопросы Энии. Ее интересовало абсолютно всё. Кого, как, где, когда… Богиня любви с охотой разъясняла своей жрице нюансы их совместной деятельности, та понимающе кивала и снова спрашивала о чем-нибудь.
— А как быть с теми, кто уже и без всяких благословений нашел свою пару? — спросила она как бы между прочим.
— О, таких благословлять одно удовольствие! — мигом отозвалась Эния. — Я долго практиковалась на одной уже состоявшейся паре. Они давно женаты, у них двое взрослых детей, но знаешь, всякий раз после моих профилактических благословений они куда-то пропадают, причем оба и надолго. Иногда месяцами отсутствуют! А когда возвращаются, то производят впечатление котов, переевших сметаны…
— Кажется, я даже знаю эту пару! — хихикнула Лайма.
— Я тоже, — процедил сквозь зубы Матей.
Эния одарила его укоризненным взглядом.
— Не понимаю, что тебе не нравится? Между прочим, они мне разрешили…
— Да у них и так все хорошо! — прошипел он.
— Вот! А благодаря мне, не просто хорошо, а все лучше и лучше, — не сдавалась Эния.
— Я тебя просил…
— Когда это было то? Двадцать лет назад? Чувства могут притупляться со временем, их надо периодически подогревать!
— Да там и так искрит уже, — проворчал Матей и махнул рукой, мол, закрываем тему. А до меня вдруг дошло — это ж они о его родителях говорят! Надо же… «искрит». Нет, ну мои тоже порой пропадают и все такое, сейчас так вообще не знаю чем там без меня занимаются… Только я подумала о родителях, как зазвонил мой телефон. Судя по мелодии, входящий вызов поступил от папы. Я призвала всех к молчанию и ответила.
— Привет, дочур. Ты где? — послышался бодрый папин голос.
— Привет, в общежитии… — осторожно ответила я, несколько озадаченная таким вопросом. Хотя… да, я ведь еще должна быть в универе! Меня прошиб холодный пот. Хотя… нет, уже не должна, пары закончились сорок минут назад. Так что, все правдоподобно. Я прикрыла глаза и тихонько выдохнула. Следующий папин вопрос озадачил меня еще больше:
— Матей с тобой?
