— Хорошо. Я подумаю, — кивнул я с облегчением. — Но я был бы рад заранее услышать права и обязанности со стороны вассала и сюзерена, чтобы было проще решить. Насколько я знаю, эта клятва не типовая и заметно отличается в зависимости от клана. Как с этим обстоят дела у Тауберов?
— Хороший вопрос, — задумчиво кивнул Церетеус. — Но не уверен, что тебе требуется на него ответ. С тобой клятва в любом случае типовой не будет. В обычном варианте большая часть обязанностей со стороны клана связана с обучением, выдачей жилья, регулярной зарплатой, снабжением возвышалками… то есть теми вещами, которые тебе, по большому счету, не требуются. Ну, кроме обучения, да и то — лишь частично. Так что… будем обсуждать. Может, у тебя уже сейчас есть идеи, что тебе нужно?
Пожав плечами, я демонстративно показал ладонь и начал загибать пальцы.
— Я хотел бы иметь больше свободы, нежели в типовой клятве, чтобы продолжать периодически путешествовать. Хотел бы постоянный доступ к вашей родовой библиотеке — уверен, такая имеется, иначе я сильно разочаруюсь, — дождавшись лёгкого кивка собеседника, я на мгновение задумался. — Обучение… да, пожалуй. Кое-какие вещи не помешает подтянуть с хорошим наставником. Деньги и возвышалки мне, действительно, не нужны. А вот материалы для той же алхимии и артефакторики — нужны. Их зачастую и за деньги достать сложно, если речь идет о чем-то большем, нежели простейшие ингредиенты. Купить я и сам смогу, но ваши связи с поставщиками мне пригодятся.
Я уставился на ладонь, где остался не загнутым лишь мизинец. На мгновение задумался и ухмыльнулся от одной идеи, которая резко сверкнула в моей голове. После чего загнул последний палец:
— А еще я хотел бы помощи от вашей разведки. Четырнадцать лет назад через ваши земли проходил один Обладатель Истока. Надолго останавливался в Гельте, представился Эдрианом. Думаю, даже спустя столько времени вам не составит труда если не указать его текущее местонахождение, то обнаружить хоть какую-то информацию про него. Имя не самое частое, Обладателей на континенте не так уж и много.
— Так вот откуда такие таланты… — почему-то улыбнувшись, протянул Церетеус. — Хорошо, это вообще не проблема. Мне и самому теперь интересно пообщаться с этим человеком. Но, с высоты собственного опыта, предупрежу сразу — не факт, что он… ммм…
— Я не жду, что он прослезится и бросится мне в объятья, — громко фыркнул я, поняв, на что мне пытаются намекнуть. — Мне просто интересно посмотреть отцу в глаза и узнать, что он за человек. Не больше.
— А если он окажется откровенным ублюдком? — с интересом уточнил Церетеус.
— То я не особо удивлюсь. Приму как должное и окончательно вычеркну его из своей жизни.
Церетеус хмыкнул и поднялся из-за стола, оставив давно опустевший бокал, который он машинально крутил в руках. Протянул мне руку.
— Что ж… в таком случае, с нетерпением жду, когда ты станешь Заклинателем и примешь решение, с кем связать свою судьбу. По всем твоим просьбам я могу заранее сказать, что они вполне разумны и вписываются в рамки возможного. С нашей стороны мы тоже не будем просить ничего, что выходит за эти рамки. Ну а конкретные детали обсудим уже когда ты решишься. Но знаешь, независимо от этого решения, твою последнюю просьбу я выполню в любом случае. В качестве жеста доброй воли. Заскакивай к нам через пару месяцев — думаю, первые сведения уже появятся.
Хмыкнув в ответ, я поднялся с дивана и пожал руку гертэна. Надо бы поискать побольше информации насчет вассальных клятв и подводных камней в них. И, может быть, проверить, что могут предложить другие гертэны, и насколько те адекватны. Последнее еще и усилит мою позицию, если придется торговаться…
Ну и вариант с тем, чтобы остаться полностью свободным, откидывать не стоит.
— You load sixteen tons, and what do you get…
Напевая под нос прилипчивый припев, я вонзил лезвие лопаты в землю, выворачивая огромный ком наружу. На четвертый день раскопок усталость чувствовалась больше ментально, нежели физически — мне опротивели все немногочисленные песни про шахтеров, гномов и рудокопов, которые я мог вспомнить, и которые упорно играли в голове во время непривычной и необычной для меня работы. Впрочем, конец уже был близко.
Я утёр пот со лба и отточенным движением уже в сотый раз за последние дни использовал воздушную технику на кучу рыхлой земли. Секунда, другая — и рыхлая пирамида спрессовывается в плотный, как камень, куб с ребром от силы в полметра. После чего получившийся кубик отправляется к сотне своих близнецов-товарищей, сгрудившихся у стены пещеры.
— Хватит, не хватит? — задумчиво спросил я у воздуха. — Да хватит, поди…
