Ошибка Сталина состояла в том, что он в такой ответственный момент назначил на пост начальника Генштаба человека малообразованного, совершенно негодного для такой работы. Жуков отказывался от этого назначения, но получил приказ и должен был ему подчиниться. Улучшить степень подготовки войск и особенно уровень подготовки командиров за столь короткий срок он не мог, но наладить связь и управление войсками был обязан. Как видно, Сталин не представлял громадной роли Генштаба в современной войне. С началом войны он разогнал весь его высший состав по фронтам, так что за руководство работой штаба пришлось взяться заместителю оперативного управления Василевскому. В том, что война началась так неудачно для нас, во многом был виноват Генштаб, но у Василевского была весьма скромная должность, и принять самостоятельно какое-либо решение он не мог. В нашей печати и в сталинские времена, и сейчас пытаются свалить вину за катастрофу июня сорок первого, на вероломство Гитлера и его неожиданное нападение. Но те два основных мифа, которые нам преподносили с самого начала войны – миф о неожиданности нападения Германии на СССР и миф о превосходстве военных сил Германии над нашими вооружёнными силами, и продолжают преподносить до сих пор, не соответствуют действительности. Неожиданности нападения не было – разведка доносила о планах Гитлера напасть на нас. И если даже наше руководство думало, что эти сообщения недостоверны, то предпринять необходимые меры предосторожности оно было обязано. Войны вообще никогда заранее не объявляются (Германия объявила нам войну после вторжения немецких войск), а объявляются только ультиматумы гораздо более слабым противникам. В первые дни войны мы потеряли значительное количество личного состава и техники, но не только от «внезапного нападения», от нерешительности Сталина и его непонятной директивы, но и от неумелой расстановки войск, от плохого их управления и плохой связи, а все это как раз находилось в ведении Генштаба. Конечно, нельзя всю вину за громадные потери сваливать только на Сталина, Тимошенко и Жукова. Громадная вина за эти потери лежит и на командующем Западным фронтом Павлове, и на командующем Прибалтийским фронтом Кузнецове. Как Сталин, так и Жуков переоценивали роль командиров при проведении боевой операции или боя и недооценивали роли штабов и их начальников. Недостаточно подготовленный командир, конечно, завалит любую операцию или бой. Не надо ставить на должности людей, которые не соответствуют своей должности. Но и самый талантливый командир не сможет провести успешную операцию или бой, если его подчинённые плохо подготовлены, а это требует большой длительной работы, требует знания, на что способны подчинённые, а что они выполнить не могут. Никакой «кризис-менеджер» никогда этого не может знать и руководить армией лучше командующего не сможет. Только совершенно бестолковому командующему требуется «кризис-менеджер», но в таком случае надо не присылать толкача, а менять командующего. А если следовать логике защитников Жукова, получается, что все наши командующие были такими бездарями, что не могли обойтись без «гениальнейшего» Жукова. Но, если говорить серьёзно, то и в Красной армии того времени, когда в ней было мало образованных людей, Жуков по своему образованию, по своим способностям выше должности командира дивизии никак не тянул. Волею случая – а случай состоял в уничтожении почти всего высшего командования Красной армии, – он попал на высочайшую должность, где он не «дрова рубил», а судьбы людей. Вся гениальность Сталина и Жукова состояла в том, что они стояли на вершине власти и могли трактовать события войны так, как им это было выгодно. Почти во всех операциях, которыми лично руководил Жуков, наши потери были гораздо больше, чем потери противника. Но некоторые исследователи приводят примеры, когда процент потерь соединений, руководимых Жуковым, был меньше потерь соединений, руководимых другими военачальниками. Но это объясняется весьма легко. Жуков, как заместитель Сталина, всегда мог на участок наступления, который курировал он, направить большее количество сил и особенно боезапасов, чем при подобных обстоятельствах выделялось другим военачальникам, и, следовательно, процент потерь у Жукова становился меньше. Русский народ, имевший потери почти в каждой семье, знает, что значит потерять своих близких в войне. Целое поколение, как и я лично, выросло без погибших на войне отцов. И часто виновниками их гибели были не немцы (их на бойню посылало гитлеровское правительство), а наше сталинское правительство и руководители типа Жукова. И долг нынешнего поколения – восстановить, по возможности, всю правду о Великой Отечественной войне.
Победа досталась нам слишком дорогой ценой, поэтому ложь не должна оскорблять нашу память!
