– Отступаем! Все через запасной выход! – командую резко, и мой голос разносится эхом по дрожащим коридорам.
Големы могут снести крепость к чертям. В другой ситуации я бы радовался такому повороту, но здесь не всё так просто. Внизу, в хранилищах, остаются альвы. Тех, кто не был заражён вирусом, монахи приготовили для использования в качестве живых батареек. Их ещё можно спасти.
К счастью, я успел прочитать мысли одного из монахов. Хранилища глубоко под землёй, хорошо защищены и оборудованы вентиляционными шахтами. Даже если крепость рухнет, анабиозные альвы останутся в безопасности. Это даёт шанс. Надо лишь выманить големов наружу, пускай даже они и обрушат Обитель.
Я рывком разворачиваюсь, подгоняя остальных:
– Живо! Уходим, пока не завалило! – командую по мыслеречи, подстёгивая всех двигаться быстрее.
– Хо-хо! Как это?! Мы не примем бой, граф?! – Ледзор искренне удивлён, его голос перекрывает нарастающий грохот.
Но Красивая раздражённо хлещет его хвостом, заставляя замолчать. Ледзор тут же осекается и, нахмурившись, кивает:
– Понял, понял… не здесь.
Грохот големов становится всё сильнее, словно приближающийся обвал. Кажется, стены вот-вот рухнут, а время утекает, словно песок сквозь пальцы. Альвы, заражённые вирусом, беспрекословно выполняют мой приказ. Даже Зела, которая ещё недавно бросалась в бой с яростью, теперь идёт молча, опустив голову. Полная капитуляция, без единого слова.
Мы торопливо покидаем Обитель через подземный туннель. Позади грохот рушащихся стен нарастает. Огромные големы мелькают вдалеке, их громоздкие фигуры проламывают ледяные стены и колонны, оставляя за собой хаос и разрушение.
На мгновение я оборачиваюсь. Вижу, как одна из стен падает с глухим треском, поднимая плотные облака пыли, которые клубятся и оседают на развалины.
– Не расслабляться! – оборачиваюсь к своим. – И не покалечьтесь. Нам ещё предстоит бой снаружи. А то вдруг уже выдохлись.
– Я еще даже не вспотел, хо-хо, – Ледзор широко улыбается.
Выходим наружу, и перед нами открывается снежная равнина. Справа тянется ледяной покров, раскинувшийся над прибрежными антарктическими водами на десятки километров. Именно этот лед не подпускает линкоры российского флота.
Позади ледяная Обитель рушится, её стены содрогаются и падают с оглушительным грохотом. Из развалин выходят големы. Их фигуры массивны, вытянуты вертикально. Двигаясь размеренно, один за другим, каменюги продолжают продвигаться вперёд. Прямо на нас.
Энергия, выкачанная из монахов, заполнила мой источник. Силы есть, а вот драться с каменюгами как-то не хочется. Лень.
Может взять под контроль? Неа. Големы на автопилоте, их действия запрограммированы, и перехватить управление не получится. Жалко, конечно, таких мощных громил нельзя использовать в своих целях. Но выбора нет – их придётся уничтожить.
Быстро оглядываю свою группу. Альвы? Нет, их силы понадобятся позже. Не время рисковать ими сейчас.
Мы получили немного времени для перегруппировки благодаря отступлению. И этого достаточно, чтобы использовать обходной путь. Если всё получится, мы сможем избежать лишнего сражения и сохранить наши ресурсы.
Мой взгляд скользит по равнине. Ледяной покров над водой простирается вдаль, создавая барьер, который пока что не преодолеть царскому линкору. Но это временно.
Доносится мощный рёв, оглушительный и протяжный. Я поднимаю голову.
На фоне серого неба, сверкая золотыми чешуйками, стремительно рассекает воздух Золотой. Он снижается, его крылья широко распахнуты, а тень падает на ледяную равнину.
– Ты вовремя, дружище, – ухмыляюсь. – У меня как раз есть для тебя работа.
Капитан 1 ранга Приходько стоял на мостике боевого катера, крепко сжимая бинокль. Его взгляд был прикован к берегам Антарктиды, где среди бескрайних льдов возвышалась Северная Обитель. Холодный ветер пробирался под форму, острыми порывами хлестал по лицу, но капитан этого словно не замечал.
Перед ним разворачивалась трагедия. Големы ворвались внутрь крепости, их массивные тела разрушали ледяные стены, громили колонны. Ввысь поднимались клубы дыма и ледяной пыли, заволакивая морозное небо. Обитель монахов рушилась на глазах.
Капитан крепче сжал бинокль, понимая, что флотилия бессильна. Ледяная корка, десятки километров длиной, покрывала прибрежные воды, не позволяя кораблям подойти достаточно близко для эффективной бомбардировки. Флотилия оставалась бессильной, не в силах приблизиться для нанесения эффективного удара.
Приходько знал это, но горечь всё равно давила на грудь. Только небольшой катер мог приблизиться к берегу благодаря маленькой бухточке, но броненосец сюда не поместится. Перед глазами Приходько разворачивалась картина: знаменитый граф Данила, его союзник, оставался один на один с врагом. И он, капитан русского флота, ничего не мог сделать, кроме как наблюдать.
