— Что… что случилось?.. — бормочет одержимый княжич, озираясь по сторонам с видом сбитого с толку простачка. Он замечает: Маша жива, дворяне целы, паники нет. И на секунду в его взгляде, брошенном на меня, вспыхивает ярость — быстрая, хищная. Но он быстро берёт себя в руки, делает полшага вперёд и бросает полудраматично, глядя прямо на отца:
— Кажется… на меня пытались совершить покушение.
Князь Степан тут же подхватывает волну, хватая за соломинку, как утопающий в болоте приличий:
— Видите, господа⁈ — говорит князь Паскевич, размахивая руками. — На моего сына тоже напали! Мы тоже жертвы!
И вот тут — хор бояр-братьев Мстиславских:
— Это мы ещё посмотрим, жертвы вы или нет. Ждите официальную жалобу. Думаю, Охранка тоже займётся этим. В вашем доме мы больше не останемся.
Дворяне начинают расходиться.
Я поворачиваюсь к своим.
— Нам тоже пора.
Жёны уже направляются к машине, а я иду следом, но на полпути останавливаюсь. Рядом — Дмитрий Паскевич. Он стоит, не двигаясь, сжав кулаки так, что костяшки побелели. Лицо перекошено, в глазах — ярость, перемешанная с унижением, и он изо всех сил старается выглядеть собранным. А одежда… ну, скажем так, последствия недавнего фарфорового инцидента на ней всё ещё заметны.
Я спокойно говорю:
— Дмитрий Степанович, а ваш-то красный краб оказался недобитком.
Он поднимает на меня глаза. Лицо — маска вежливого непонимания:
— Простите, вы о чём, Данила Степанович?
— О том, что краб вскочил и устроил тут представление. Хорошо, что никто не пострадал.
— Данила Степанович… — произносит он, изображая искреннее недоумение. — Вы серьёзно? Это же невозможно!
Ну да, конечно. А я, разумеется, тоже делаю вид, что не понимаю, кто передо мной. Что это не он — та самая демонюга, устроившая весь спектакль.
— Но это было, — говорю спокойно. — Не волнуйтесь. Я его уже упокоил навсегда.
Разворачиваюсь и иду к машине. Жёны уже внутри, кто-то машет из окна, ветер колышет полы моего пиджака.
Мы садимся, хлопают дверцы. Светка — рядом подсела. Ласково, бережно держит руки на животе.
Машина трогается. И усадьба Паскевичей остаётся позади.
Я смотрю в темнеющее окно. Мысли быстро текут, сменяя друг друга.
Надо вытаскивать Ледзора из Невинска. Морхал-Грандмастер может пригодится. И Гересу бы сюда тоже вытянуть. Не дело, что мои женщины без боевого прикрытия. А то Демон может устроить новую пакость.
— Мелиндо, а что вообще случилось? — вдруг спрашивает Лакомка.
Я моргаю. Возвращаюсь из мыслей.
— Да всё просто, — говорю я. — Демон сидит в теле Дмитрия Паскевича.
— Ага, — кивает она. — Лена уже по мысле-речи передала нам всем.
— Ну вот, — откидываюсь на спинку сиденья. — Теперь буду его наблюдать и изучать. Он некромант, это ясно. Всё, что ползало в саду, — поднятая нежить. И, скорее всего, он ещё и телепат. Но это вряд ли его предел.
— Думаешь, он ещё что-то может? — спрашивает Камила, отрываясь от окна.
— Все возможно, — пожимаю плечами. — Буду изучать. Пока он — тёмная зона. Враг с неизвестными переменными, но это ненадолго.
В подтверждение своих слов я одновременно даю мысленный приказ Ломтику, чтобы он разбросал в усадьбе Паскевичей прослушку и камеры.
А мне похоже срочно надо на Лубянку.
— Владислав Владимирович, — говорю я, входя в кабинет, не сбавляя шага.
Красный Влад поднимает голову из-за кипы аккуратно промаркированных папок.
— Данила, я уже в курсе того, что произошло у Паскевичей, — спокойно произносит начальник Охранки. — Кто бы это ни устроил, он за всё ответит. Мы уже начали расследование.
Я опускаюсь в кресло напротив.
— Да, только вы пока не знаете самого важного. Один из Паскевичей — Демон.
Влад поднимает бровь.
— Опять ты выполняешь работу моего заместителя?
— Давайте без протокола, — отмахиваюсь я. — Я просто защищаю интересы своего рода. Между нами.
Влад хмыкает. Почти по-дружески, но в его лице всё ещё виден тот, кто мог бы приказать уничтожить улицу — ради стабильности.
— Кто именно из них?
— Дмитрий Степанович. Старший сын.
Влад мгновенно выпрямляется в кресле. Словно внутри щёлкнул рубильник.
— Тогда мы немедленно направим оперативную группу. Хотел бы, конечно, послать «Тибет»… но и без них найдутся те, кто умеет работать.
Я качаю головой:
— Не советую. Если это действительно Тёмный Попутчик — он проглотит всю вашу группу и не поперхнется. У него же ранг Высшего Грандмастера, не ниже. Даже Организация с ним пока что не связывается напрямую.
— И что ты предлагаешь? — хмурится Красный Влад.
— Пока он пакостит мне скрытно, не в полную силу, я могу наблюдать и анализировать его на уязвимые места.
Влад нахмурился. Челюсть сдвинулась на миллиметр.
— Слишком рискованно, Данила. Даже если это Высший Грандмастер, его можно взять числом.
— И тогда вы потеряете кучу высокоранговых магов, — киваю. — Поверьте, я это понимаю, — говорю, глядя в глаза. — Но если мы полезем в лоб, спешно и вслепую — мы проиграем. Он уже показывает силы. Первое — некромантия. Это точно. То, что творилось в саду — его работа.
Влад уже достаёт блокнот.
— Тогда надо пройтись по кладбищам. Всё закрыть, всё заблокировать. Все возможные источники нежить.
