— Ага. И ещё, — добавляю я. — Позаботьтесь о складах с мясом аномальных зверей. Всё, что может быть использовано как основа для нежити желательно держать под охраной.
Он только кивает. Понимает. У Красного Влада с воображением всё в порядке.
Позже, уже дома, вызываю Булграмма. Великогорыч выходит на связь помятый, сонный — у них в Тавиринии глубокая ночь.
— Слушай, Великогорыч, — начинаю я, — есть к тебе просьба. Не из лёгких.
— Сразить кого-то сильного? — оживляется он, зевая.
— Как раз наоборот. Потому и просьба тяжёлая, конкретно для тебя. Можешь выйти на контакт с Островом некромантов?
Воевода напрягается.
— Конунг, ты же знаешь, они воевали с Боевым материком. И я их рубил. И ты.
— Знаю, — киваю. — И сам не в восторге. Но сейчас — другая ситуация. Предложи им мир, торговлю, ну и обмен информацией. Я не прочь продавать товары за знания по некромантии.
Булграмм хмыкет.
— Думаешь, откликнутся чертяги, конунг? — спрашивает Великогорыч.
— Почему бы и не да? Покажите им машины и другие вещи из моего мира. У нас знаний по некромантии — кот наплакал. А они в этом мастера. Не союзники, но хотя бы вменяемые партнёры нам бы не помешали.
— Передам! И заставим сволочей принять мир! — рычит он с энтузиазмом, как будто собирается перековать дипломатическую записку из чьих-то рёбер.
Ох, как бы мне не пожалеть и вместо мира не получить новую войну. В принципе я не против был бы повоевать с Островом, но сейчас Демон в приоритете.
— Только не перегни, ладно, Великогорыч?
— Будь уверен, конунг! Поляжем костьми, но сделаем!
Эх… Конечно, Великогорыч — не тот, кому стоит поручать тонкую дипломатию. Он слишком прямой. Чересчур. Он и «спокойствие» с кулака выдаёт. Но, мои перепончатые пальцы, сейчас на Боевом материке и правда больше некому это поручить!
А Остров некромантов может пригодиться. Если Попутчик раскроется в полную силу, если мы вступим в открытую войну — их знания могут быть полезными.
Айра находит Светлану в одной из комнат. Светка стоит у окна, ладони лежат на округлившемся животе, и взгляд устремлён куда-то в окно.
— Сейчас бы мороженого с солеными огурцами, — мечтательно протягивает блондинка.
Всё, чего в последнее время не было в самой Айре. Ни спокойствия, ни уверенности.
Ликанка подходит ближе. Зажёвывает начало фразы — и всё-таки решается:
— Я хочу вызвать Гепару на спарринг, дроттнинг Светлана.
Светка удивленно поднимает брови:
— Айрочка, ты что, офигела?
Айра отшатывается чуть-чуть. Плечи напряжены.
— Почему «сразу офигела»? — почти с вызовом, почти с обидой. — Просто спарринг
— Какой ещё спаринг? — Светалана хмыкает. — Гепара тебе не боевой маг. У неё другая специализация.
Айра уже хотела возразить, но Светка добивает, словно прочитав ее мысли:
— Даже если без магии — нельзя. Забудь. Это Даню только разозлит. Он увидит в этом показуху. И ты сама знаешь — он не любит, когда свои выясняют отношения и выносят ему мозг.
Айра опускает взгляд. В груди — тупой жар, будто вдохнула горячий пар.
— А как мне тогда показать, что я не хуже этой пятнистой? Что я тоже могу быть полезна конунгу?
Светка вздыхает.
— Наведи порядок в своей Шакхарии, Айра. Ты же помнишь, для чего тебя Даня выбрал…Ой, — на полуслове осекается, прикусывает губу. — Айрочка, я вовсе не это хотела сказать!
Айра замирает. Её глаза раскрыты широко, а от внезапного прозрения. А потом она выдыхает с облегчением.
— Нет, ты права, дроттнинг. Именно поэтому меня и выбрал конунг. Я поняла, что делать.
Я пошёл к Золотому — выполнять обещание. Проглот уже умял коровку, причмокива, облизывался… Теперь моя очередь его подлатать. После такой трапезы у него глаза сияют, эфирные каналы светятся, аура трещит от переизбытка энергии. Пришлось снимать последствия — долго, методично: сканировал потоки, гасил перенасыщение, втягивал лишнее в резонаторы, выравнивал контуры. Как будто выливал кипяток из переполненного чайника, стараясь не обжечься.
Когда закончил — сел рядом, глядя на сияющего, самодовольного обжору, и строго сказал:
— Всё. Сбросил лишнее. Стабилизировал.
— Можно следующую коровку? — тут же подал голос Золотой с надеждой.
— Какую тебе, к чёрту, коровку! — выдохнул я. — Хватит. До следующего Одарения — ни одной. Ни куска. Понял? А то сам тут рассуждаешь про судьбу, предначертание, высокие цели — и жрёшь, как в последний день Царства. Определись уже.
Золотой моментально сник. Хвост — вниз. Лапы — под себя. Взгляд потух. Молча кивнул. Обиделся, но понял.
Я только вернулся в кабинет. Только устроился в кресле, только начал мечтать о пяти минутах тишины с чашкой кофе, принесенной Змейкой, — как накатила вторая волна раздражения. Имя ей — Великогорыч.
Топорный уволень, блин!
Воевода, как и договаривались, нашёл некроманта с Острова. Одного из тех, с кем я хотел начать хоть какое-то подобие диалога через Великогорыча. Мир, торговля, обмен знаниями. Всё шло по плану. До тех пор, пока некромант не сказал что-то не то. Что-то неприятное. Кажется, назвал меня то ли «мягкотелым», то ли «зажравшимся менталистом». Или как-то так.
