— Ну и что? Если мы принесём в жертву целый Боевой материк… — он улыбнулся мечтам. — Это даст нам силу, с которой ничто не сравнится. И Организация, как ты понимаешь, вмешиваться не станет. Они ведь выращивают на том материке боевые звериные расы, которые должны сами уметь защищать свою песочницу.
Глава разведки задумался. И вправду, смешно: они затеяли глобальную экспансию в Тавиринию, а расхаживают в товарах от конунга Данилы. У него всем закупались: шмотки, аксессуары, только земное оружие им пришлось брать уже у Паскевичей. Филиновы отказались поставлять свои пушки, что оказалось правильным решением.
— Однако насчёт конунга Данилы стоит побеспокоиться, Ваше Величество, — напомнил он, встряхнув себя. — Именно он предотвратил прошлую экспансию и, по слухам, убил великого Лича.
Король кивнул небрежно:
— Ну тут уже русский князь Паскевич поможет нам разобраться с этим конунгом. У него свои счёты, а мы, как добрые соседи, подсобим, чем можем.
Он снова щелкнул четками и добавил, словно между прочим:
— А потому пускай пеняет на себя. Боевой Материк станет нашим. И даже это вшивое стадо рогатых дикарей не спасёт своего конунга.
Глава разведки молча кивнул и вышел из зала, снова ловя взглядом черепа на своей футболке. Пожалуй, он срочно закажет ещё одну партию, пока ещё не началась война с Вещими-Филиновыми.
Не теряя времени, я приказал таврам соорудить настил из досок и перекладин, что хватает у нас на лагерном складе, и перетащить древозверя ближе к лагерю. Ближе — это не значит вплотную. Держать его нужно так, чтобы до Сада он не очень далеко, а то помрёт без подпитки оттуда, но и не пододвигать слишком близко, а то, зараза, снова напитается силой и начнёт крушить всё живое с энтузиазмом. Напоследок я ещё раз решил просканировать древозверя и убедиться, что он точно не проснётся.
Сир-дроу Семирель, к слову, не возражал из-за того, что мы задержались с транспортировкой энта. Оно и понятно: сам он сейчас по уши в подготовке к нашим демонстративным боям. Видимо, собирается плотно заняться моим войском. Пусть готовится, мне же лучше, что не лезет.
Когда я закончил в лагере, Белогривый бодро пронёс меня в обход рядов тавров, что как раз перенесли деревозверюгу на деревянном настиле. Соскочив со скакуна, я сразу подключился к проверке — не шевелится ли древозверь. Впрочем, разум зверя плыл в дрёме, но уже не такой вялой, как раньше, до воскрешения. Напитавшись астральной энергией, этот «клон Грута» спал глубоко, и в нём чувствовалась мощь. Пускай дрыхает, разберёмся с ним уже позже.
— Даня, ты видел! К нам дроу привели сто Мастеров! — раздался позади писк обескураженной Насти, подъехавшей на Рыженьке. — Целое войско! Что-то они задумали!
Я обернулся, кивнув жене.
— Ага, ради нас постарался лорд-губернатор и прислал сильную армию. Потому не будем его разочаровывать. Устроим хорошие демонстративные бои.
Лакомка подъехала следом, верхом на Золотке, качая головой с лёгкой улыбкой.
— А сир Семирель не потребовал забрать энта? Под предлогом, что он якобы помог тебе его повалить, мелиндо?
Я усмехаюсь.
— Попытался, заикнулся, конечно. Но это ничего не значит.
Настя всё не унимается, явно жаждет деталей:
— А как ты его отбил? С чего вдруг этот Семирель не настаивал?
Лакомка хмыкает, прищурившись:
— Всё просто. Среди его сотни Мастеров нет ни одного Грандмастера телепатии.
И это правда. Никто из дроу не смог бы удержать древозверя в дороге. Поволокли бы — и сами бы первыми от него полегли.
Видеть, как моя дружина выстраивается в боевой порядок, — отдельное удовольствие. Двести тавров под командой Дибурда, ещё триста песочников-многоруких, ведомых вождём Хменом. Полтысячи бойцов. Натаскал Дибурд Жёлтые Руки знатно, хоть и времени у него всего-ничего. Могучий Дибурд не зря воевода именно младшей дружины в Тавиринии. Опытных ветеранов из средней и старшей дружин нечему учить, у них выучка уже вбита за годы службы, а вот обучать молодняк младшей — то ещё удовольствие. Так что и с воинственными дикарями разобрался он быстро.
— Пора на бои, — бросаю я по мыслеречи Дибурду и Хмену. Удобно быть телепатом, связь всегда бесперебойная.
Лакомка, Настя и Змейка следуют за мной. Красивая где-то ещё охотится — не её этот балаган с демонстрациями. Лакомка тоже не для махания когтями пришла, но она идёт для поддержки просто. Настя вот как раз в нетерпении. Уж кто-кто, а рыжая оборотница жаждет проявить себя.
Я — впереди, на Белогривом. Жёны тоже на спринтах, ну а Змейка уселась сзади Насти. Тавры с Жёлтыми Руками топают за нами пешком. Впрочем, идти недалеко. Вон уже за бугром ощущаются дроу.
Подходим к стоянке дроу. Тут же ждут Гюрза с надменным лицом, Гагер с злорадной лыбой на пол-лица и сир Семирель, который выглядит равнодушно-спокойным.
Замечаю, что в стороне их Мастера уже поделены на десятки. Ряды дроу замерли ровным строем. А ещё тут суетятся рабочие — возятся с причудливым стационарным артефактом, который напоминает длинный молниеотвод, воткнутый в корпус промышленного компьютера высотой в человеческий рост.
Я, спрыгнув с Белогривого, развожу руками:
