— Я все понимаю, Александр Леонидович, — заверил я, устроившись на сидении. — Однако полагаю, нам нужно расставить все точки над i.
— Вы не собираетесь жениться на Снежане, — кивнул он.
Я покачал головой.
— Как и сказал вашей дочери, я ничего не исключаю. За время, пока мы помолвлены, может произойти многое. В том числе я готов к тому, что все действительно закончится свадьбой, — ответил я. — Однако пока что об этом речи не идет. В свою очередь, я бы хотел узнать, чем я могу быть полезен Макаровым.
— Простите?
— Видите ли, Александр Леонидович, — заговорил я с улыбкой, — все семьи, которые оказываются в кругу моих интересов, делятся на две группы — будущие мертвецы и мои соратники. Как вы наверняка знаете, многие дворянские рода выиграли от того, что стали вести со мной дела.
Он кивнул с уже большим пониманием.
— Вы умудрились даже Герасимова усадить на трон Генерального штаба, — произнес он, после чего усмехнулся. — Хотя, конечно, Анатолий Никодимович до сих пор считает, что это полностью его заслуга.
Я не стал опровергать этих слов.
— Поэтому я и хотел бы узнать, какие интересы есть у вас, чтобы по мере своих сил помочь вам их достигнуть, — вернулся к теме разговора я. — Сами понимаете, невеста самого сильного чародея Российской Империи может происходить из любой семьи. Но если эта семья не получит никакого возвышения при моем непосредственном участии, это будет воспринято обществом негативно.
— Положение обязывает, — повторил Александр Леонидович.
— Именно. Вы играете недовольного отца, а я — щедрого жениха, который хочет загладить перед вами вину за то, что фактически похитил вашу дочь.
— Вы?.. — вскинул брови он, но я его прервал.
— Не имеет значения, — покачал головой я, не дав ему озвучить эту мысль. — Снежана Александровна — прекрасная девушка, однако для этих дел у меня есть женщина, которой я оказываю покровительство. Так что можете не переживать, невинность вашей дочери в полной безопасности.
Он усмехнулся в ответ.
— В любом случае эта самая невинность ничего не стоит, когда вы можете восстановить ее по щелчку пальцев, — заметил он.
Такой подход к собственной дочери меня нисколько не удивил. Макаров прекрасно осознавал, что я могу делать все, что мне вздумается со Снежаной Александровной. И хотя я не планировал ничего подобного, но положение у нас слишком разное, чтобы Александр Леонидович мог от меня требовать следовать традициям. Да и, откровенно говоря, если у нас дойдет до постели, то и шансы на то, что его дочь действительно станет Моровой, возрастут. Все Макаров понимает и играет с теми картами, которые ему выпали, стараясь выжать из ситуации максимум возможного.
— Так что, пожалуй, мне действительно не следует лезть в эту сторону, — продолжил он. — В конце концов, вы не маленькие и сами разберетесь. Хотя, должен признать, я удивлен, что вы выглядите настолько… Взрослым.
Я ведь не менял свой облик с тех пор, как состарил себя в ресторане перед Снежаной Александровной.
— Я не зря сильнейший чародей Российской Империи, Александр Леонидович.
Мой облик поплыл, пока не стал соответствующим моему биологическому возрасту. Но долго я в нем не пробыл и почти тут же состарил себя заново. Что ни говори, а выглядеть, как мальчишка, мне уже надоело. Да и в глазах окружающих сразу же изменялось отношение ко мне — благо за последнее время я успел это заметить.
А потому уже не планировал возвращаться к своему прежнему возрасту.
— Что ж, — вздохнул глава рода Макаровых. — Это многое объясняет.
Я кивнул, сохраняя на лице вежливую улыбку.
— Итак, Александр Леонидович, чем я могу быть полезен роду своей невесты? — вернул я разговор к главной теме. — Полагаю, у нас не так много времени сейчас, так как совсем скоро должны подавать обед. И мне не хотелось бы, чтобы Снежана Александровна посчитала, что между нами есть какая-то неприязнь, так что не хочу опаздывать. Потому предлагаю хотя бы начать формулировать ваши пожелания, чтобы я мог их обдумать позднее в спокойной обстановке.
Он сложил руки на столешнице, разглядывая меня.
— Пожалуй, единственное, о чем я мог бы попросить вас, Иван Владимирович, это помочь нам войти в консорциум создателей артефактов для нашей армии, — произнес он. — Понимаю, рынок уже распределен и поделен, но в остальном мы справляемся сами. К тому же…
— К тому же это будет воспринято именно как мой выкуп невесты, — кивнул я, прекрасно осознавая, к чему ведет собеседник. — Общество воспринимает меня как чародея, и ждать от меня иных способов наладить отношения с семьей будущей супруги никто не будет. А если я поделюсь доходами от артефактов, то в глазах общества это будет выглядеть логично.
— Да, именно это я и хотел сказать.
