Зря он оглядывался, на террасе, кроме них, никого больше не было, ни единого человечка, что и понятно, времени-то – часов одиннадцать, ни обед, ни ужин, так, не поймешь что.
Кабатчик понятливо кивнул:
– Вино так вино. Рейнского у нас нет, синьор, но, уверяю вас, найдется ничуть не хуже. Кроме вина что будете? Есть молодой барашек, сейчас зажарим…
– А бычьи хвосты у вас есть? – быстро перебил Павел. – Это, как его… кода… када…
– Кода алло ваччинаро, мой господин, – подсказал Марко и, посмотрев на трактирщика, поспешно добавил: – Так называют это блюдо в Неаполе.
Ремезов удовлетворенно хмыкнул – толмач-то не дурак, сразу смекнул, что к чему. Швабия, Неаполь – все это должно было подвести кабатчика к мысли об императоре. Если, конечно, этот седой старикан еще не совсем выжил из ума.
– Для вас, господа, найдутся и бычьи хвосты, если вы уж так хотите это попробовать…
– Нам бы найти кое-кого, – с нажимом напомнил Ремезов.
Трактирщик пожал плечами:
– Так вы скажите – кого? Может, я смогу помочь вам?
– Может, и сможешь…
Прищурившись, Павел приложил палец к губам и, подозвав старика ближе, шепнул:
– Я ищу некоего барона ди Тиволи!
– Барона ди… ди Тиво… – резко отпрянув, кабатчик испуганно выкатил глаза… впрочем, очень быстро взял себя в руки:
– Барон Джованни ди Тиволи вам нужен, вон оно что! Рыцарь Золотой Чаши.
– Именно! – разом кивнули гости.
Хмыкнув, старик обернулся, махнул рукой выглянувшему из распахнутых дверей заведения слуге и, хитро поглядев на Павла, спросил, словно бы между прочим, не опасаются ли уважаемые господа вот так открыто спрашивать про барона?
– Нет, нет, в моей траттории вы можете чувствовать себя совершенно безопасно, совершенно… Только прошу вас, уважаемый синьор, не говорите так громко – Остия, конечно, не Рим, но соглядатаев и здесь хватает, а доносчику, сами знаете, отходит половина имущества гибеллина.
– А в Риме – треть! – выказал знакомство с местными реалиями Ремезов.
Кабатчик развел руками:
– Как судья решит. Вы, вот что… пока пейте вино, кушайте, а я… я посмотрю, как вас лучше свести с бароном. Вы не беспокойтесь, я быстро.
– Кушайте? – Павел округлил глаза. – Так ведь на столе-то ничего нету!
– Я пришлю слугу… вот прямо сейчас, мигом.
Поклонившись, старик скрылся в траттории, откуда тотчас же показался слуга с кувшином и яствами на большом серебряном блюде, как видно, использовавшемся в «Трех молодцах» для обслуживания самых важных гостей, так сказать – вип-клиентов. Блюдо сияло, как солнце, несший его слуга – молодой, ровесник Марко, парень, кудрявый, темноглазый и, словно цыган, смуглый – даже прищурился от отразившегося в крае блюда луча. Даже едва не споткнулся, оглянулся зачем-то, а, разлив из кувшина вино, тихонько сказал:
– Уходите отсюда, и быстро.
Ремезов чуть было не поперхнулся вином:
– Что-о?!
– Про бычьи хвосты нужно было мне говорить, – невозмутимо пояснил служка. – И про барона спрашивать… вовсе не у хозяина. Этот старый черт наверняка уже побежал за стражей.
Павел с Марко переглянулись, и боярин схватился за меч.
– Не нужно! – слуга тут же повысил голос. – Сейчас сюда явятся рыбаки, затейте ссору и бегите, словно бы испугались…
– Мне?! Бояться каких-то там рыбаков?!
– Иначе хозяин будет искать причину. Вдруг подумает на меня? Гвельфы и без того сильны в Остии.
– Понял! – резко кивнул Ремезов. – Благодарим тебя, но…
– «Святая Инесса», двухмачтовое судно из Генуи. Найдете в порту, скажете шкиперу, что к барону.
– Они нам поверят?
– Возьмут на борт одного… или двоих.
– Так барон не на корабле?
– Нет. Но вы с ним встретитесь, клянусь ключами святого Петра! – слуга вдруг прислушался и насторожился. – Ага! Вот и рыбаки, как раз вовремя подоспели. Ну же, мои господа, не медлите! И да пошлет Господь вам удачу… Господин, я вас прошу – нельзя ли без крови?
– Хорошо, – хмыкнув, боярин убрал обратно в ножны вытащенный было меч и, дождавшись, когда подошедшие на террасу рыбаки – все как на подбор здоровые молодые парни – рассядутся за соседним столом, хитро подмигнул Марко. – Надеюсь, ты быстро бегать умеешь.
– Я?!
– Ну, наш добрый знакомец ведь попросил – без крови.
Толмач задумчиво почесал нос:
– Да… но нужно еще успеть затеять ссору. Чтобы все выглядело правдоподобно.
Гулко расхохотавшись, Павел поднялся на ноги. – Ты полагаешь, для этого нужно время? Смотри и учись, мальчик!
Бросив на скамью плащ, чтоб не стеснял движения, Ремезов подошел к только что усевшимся за стол рыбакам, выбрав для себя двух крайних – остальные-то пока еще из-за стола вылезут. Подошел, стукнул по плечу намеченную жертву – надо сказать, бугая еще того – мускулистого, жилистого, с толстой, словно бы налитой шеей.
– Эй, мужик, закурить не найдется?
– Че-го? Чего?
– Куда-куда ты меня послал?
Бухх!!!
С разворота заехав бугаю в морду, Ремезов тут же ударил ногою другого… оттолкнул бросившегося было наперерез третьего – шибзика в весе курицы – и, не дожидаясь, пока вся компания придет в себя, бросился прочь.
