- Я извинюсь перед Фролом Никодимычем. – Ответил идиот из министерской кодлы. Я, слушая их, уселся сам в кресло, положил ногу на ногу, сидел покачивал ей и смотрел на этот балаган.
- Господа, со мной разобрались? Маршрут намечен, я могу идти?
- Самарин, господи боже мой. Сколько с тобой проблем! – В сердцах воскликнул военный министр.
- Если Вы, Ваше Сиятельство, насчёт нравственной стороны вопроса, то это не ко мне. Это к Её Высочеству.
- Иди, Андрей. – Сказал мне Берестин. – А то ещё с тобой тут посидим, опять что-нибудь случиться, ещё худшее.
Я подорвался с кресла и свалил из номера. Там продолжалась ругань. Зашёл к деду в номер.
- Деда, можно?
- Заходи. – Дед сидел в кресле и курил сигару.
- Деда, не понял, ты куришь?
- Когда Оленьки, бабки твоей нет рядом. Она запах табака терпеть не может.
- Дед, тут такое дело…
- Подожди. Значит то, что сказала Ольга Николаевна, что переспала с тобой, это всё правда?
- Ну да. Дед, да у нас ничего не было, это правда. Спит она в пижаме.
Дед усмехнулся, глядя на меня. Покачал головой.
- Наш пострел везде поспел. Ну а сам ты как? Как тебе спать в одной постели с девушкой, но не трогать её? У тебя там причиндалы ещё не взорвались?
- Нет. Хотя признаюсь, нелегко мне. Но я держу себя в руках, хотя Оля и не против… Ну ты понимаешь о чём я? Первую ночь то, мы одетые полностью были, в палатке спали с ней. А вот вторую тяжко пришлось. Она в трусах была в майке. Сам понимаешь. Поэтому я купил ей пижаму.
- Молодец, внучок. – Дед засмеялся. Я понял, что он на меня не сердится. Тоже рассмеялся. – Андрей, Фридрих на самом деле сделал Зое предложение?
- Да, Фридрих действует, как истинный аристократ. Всё чин чином. Один сплошной орднунг. По приезду попросит у тебя и дядьки с тётушкой её руки.
- Они случаем не того? – Дед потёр друг о друга указательные пальцы.
- Вроде нет, но чёрт его знает. Всё же Зоя не Цесаревна, ей проще…
- В смысле проще?! А по заднице ремнём?
- Деда, она взрослая девушка. Ну что вы так реагируете все? У них правда любовь прёт выше Полярной звезды.
- Это хорошо, что выше Полярной звезды. Думаю, Кайзер будет не доволен. Как думаешь, Фридрих будет до конца свою линию гнуть?
- Я думаю да. Федя не трус и не сопля. У него есть характер. Настоящий прусак. Упрётся рогом и всё. К тому же Зойка красавица у нас. Всё при ней. Умница, а не тупая курица. Она Фридриха возьмёт в оборот.
- Ладно. Если всё сладится, то войдём в Саксонский дом. А это хорошо. Там у нас есть свои интересы. И ты тоже молодец! Бабушка за тебя горой стоит.
- Дед, я что хотел тебя спросить… А кто такая Груня Еремеева?
Дед подвис, глядя на меня удивлённо.
- Груня???
- Груня, Еремеева. – Кивнул я усмехнувшись. Некоторое время дед молчал. Мы друг на друга таращились. Потом старик рассмеялся.
- Да неужели??? Груня!!! Что, жива, старая карга???
- Жива. Ещё как жива. Поклон тебе велела передать.
Дед, глядя куда-то мимо меня, улыбался.
- Жива, старая… Надо же…
- Дед, а ты откуда её знаешь?
- Много будешь знать, скоро состаришься, Андрейка.
- Да ладно, деда. Расскажи? Клянусь своей треуголкой, я никому не скажу. Особенно бабушке Оле.
Дед захохотал. Я тоже.
- Давно это было. Я моложе тебя был. Мне тогда только восемнадцать исполнилось. Вот тогда-то я и познакомился с ней. Она попыталась обнести меня.
- Это как?
- Украла у меня кошелёк, да так ловко… Вернее почти украла. Но мне хоть и было 18 годков, только я ушами то не хлопал. Поймал её за руку. Она сначала попыталась закричать, что я пристаю к честной девушке и вообще почти насильничаю её. Я только посмеялся. А когда полицейский подошёл, представился. Нашу фамилию то уже знали по всей империи. И одет я был с иголочки. А вот она не очень. Одним словом, светила ей тюрьма, это без вариантов. Но девка красивая была, просто до невозможности. И я тогда предложил ей сыграть в карты. Если она проиграет, то станет моей любовницей. Если выиграет, то я одену её в самые дорогие наряды, какие только пожелает, плюс получит тысячу рублей. Она согласилась.
- Проиграла?
- Нет, выиграла. Очень уж сильно я хотел увидеть её в дорогих нарядах.
Мы оба опять захохотали.
- Ну и что? Одел её? Дал косарь?
- Какой косарь? – Дед удивлённо посмотрел на меня.
- Тысячу.