- Алё, крёстный, спасибо за Андрея. Вот он и будет моим персональным телохранителем. До конца. Если надо, будет мыть меня в ванной, спать укладывать и согревать в постели, чтобы я не мёрзла и ничего не боялась. А чтобы окончательно закрепить его статус, я настаиваю на венчании. – Она взглянула на меня. – Нет, Андрей не против, дядь Лёша… Я понимаю, что разговор с родителями будет не лёгким… Я уже взрослая, Алексей Николаевич. Совершеннолетняя. Мне 22 года. Да, я люблю его. Могу громко об этом сказать… Нет, мы не будем возвращаться в Москву. Мы продолжим наше путешествие. Андрей правильно сказал, мы хотим искупаться в море. И мы искупаемся… Нет, я не передумаю… Я понимаю, что это опасно. Но меня ведь охраняет целый Корпус Жандармов или нет?.. Вот и хорошо. Спасибо, крестный. – Ольга сбросила вызов и отдала мне телефон. Улыбнулась.
- Как я понял, доступ разрешён? - Спросил её. Она кивнула.
- Доступ не совсем разрешён, но… - Она опять улыбнулась. – Но с этого момента, если ты не против, мы не будем скрывать свои отношения. Ты не против?
- Нет, не против. Вот только с работой. Я как-то не планировал надевать мундир.
- Андрей, ну это не такая большая плата. Тем более, я уверена, мундир офицера Отдельного Корпуса Жандармов тебе будет очень к лицу.
- Да, очень весело, дорогая! Трындец какой-то!
В Богучаре мы пробыли несколько дней. Был задержан и арестован заместитель начальника полиции города. ОКЖ провёл обыски и аресты ещё у ряда, как чиновников городской управы, полицейских чинов, так и среди коммерсантов. Террору жандармов подвергся и местный уголовный криминалитет. В результате этого, было изъято достаточно много похищенного у подданных Его Величества ценного имущества. Местные лидеры уголовного мира либо сели за решётку, либо отправились прямиком на кладбище. Никто с ними не церемонился. Берестин включил Особый Протокол и под это дело основательно почистил город. Арестованные из числа коммерсантов, дворян и «творческой интеллигенции», а так же сочувствующие им и родственники, так называемые англофилы и западники написали коллективную жалобу на имя императора. Всем пришёл ответ. Арестантам дали дополнительные сроки по статье о государственной измене. Троих повесили по приговору трибунала. Их имущество полностью конфисковано в пользу государства. Из числа родственников и сочувствующих ещё с десяток было арестовано по разным статьям свода законов Российской империи. Самое позорное оказалось для председателя местного дворянского собрания, истинного поборника чистоты нравов, противника проституции и абортов. Вскрылось его ненормальная тяга к несовершеннолетним девочкам и мальчикам. Доказательства в педофилии, что являлось в империи одним из тягчайших преступлений против материнства и детства, были получены железобетонные. Его сдал один из местных криминальных авторитетов и даже представил жандармам видео и фото грязного разврата. Город был в шоке. С председателем дворянского собрания в камере случился сердечный приступ. До тюремной больнички донести его не успели. Приказал долго жить. Ну и пёс с ним.
Берестин настаивал на возвращении в Москву. Ольга категорически отказалась. В Богучар принеслась представительная комиссия. В их числе был и военный министр и начальник ОКЖ и ещё куча чинов. На улицах города стояли военные патрули на бронетехнике. Хотя комендантский час не объявляли. Приехал и мой дед.
Меня пригласили в отдельный номер гостиницы.
- Андрей, тебе надо убедить Её Высочество прекратить ваш вояж. – Настаивал Берестин.
- Прошу прощения, Ваше Высокопревосходительство, но Её Высочество довольно упрямая девушка. У неё стальной стержень. И если она что решила, то пойдёт до конца. Я не буду грузить её психику. И если мне позволено будет, то выскажу своё мнение.
Берестин, военный министр, министр двора Его Императорского Величества, Министр МВД и мой дед (представительная компания собралась), молча уставились на меня. Они сидели в креслах, я стоял, как сопливый кадет перед ними. Сесть мне никто не предлагал. Берестин и военный министр переглянулись с моим дедом. Тот пожал плечами.
- Говори, внучек. А мы послушаем.
- Я считаю, что Ольга… Извините, Её Императорское Высочество всё делает правильно. Она идёт в народ. Её подданные видят её в живую. А это значит, что для них она становится такая же, как и они сами. А не какая-то из числа небожителей, недосягаемых для простых смертных. И это правильно, так как подобное рождает в людях искреннюю привязанность к ней и любовь. К тому же она своими глазами увидит, как живут её подданые. А то, что на неё покушаются, так и во дворце она от этого не застрахована. Мало того, Корпусу жандармов, наоборот будет лучше ловить на живца всякую заграничную шваль и местных национал-предателей. Заодно пусть повышают свой профессиональный уровень. А то, это никуда не годится. Охрана постоянно запаздывает. А она должна быть на полшага, а лучше на шаг впереди заговорщиков и убийц.