Вопреки ожиданиям Кити, в трактире оказалось достаточно уютно. Чисто выскобленные деревянные полы, оштукатуренные, окрашенные в нарядный желтый цвет стены с висящими кое-где резными досками. Огромная, высотой почти до плеча Кити, деревянная же стойка со стоящими вдоль нее высокими стульями, соседствовала с небольшой полуоткрытой дверью, из-за которой доносились умопомрачительные запахи кухни. Несколько небольших пластиковых, круглых столиков, некоторые из которых даже укрыты чем-то, вроде скатертей. В зале не было ни души, не считая, конечно, персонала, представленного лениво протирающим кружки и зачем-то нацепившем на себя безобразно огромную, кривовато сплетенную соломенную шляпу. Невысоким, худым, горбоносым субъектом, с иссиня-черной кожей, и сидящей у входа монументальных размеров женщиной, в широких полотняных штанах и трещащей под напором безразмерной груди безрукавке. Окинув вошедших оценивающим взглядом, бабища обнажила в подобии улыбки огромные, стертые до состояния куцых пеньков, зубы и лениво сплюнула в стоящую от нее по правую руку, отозвавшуюся чуть гулким звоном высокую жестяную вазу.
— Гостеприимно, — неопределенно хмыкнула Элеум и, пройдя через весь зал, отодвинула от стоящего в дальнем углу столика пару пластиковых стульев.
— Садись, кисонька. Думаю, сейчас нас обслужат.
— Обычно посетители у нас сами за едой ходят, — неожиданно подал голос коротышка в шляпе. — Но учитывая, что к нам зашла знаменитость... — Обойдя стойку, трактирщик подошел к столику, критически осмотрев наемницу и смущенно посадившую на третий стул плюшевую игрушку Кити, расплылся в неожиданно открытой улыбке. — Порадовала ты старика сегодня. Не часто наши на боях выигрывают. Тем более, на таких. Я на тебя двадцатку поставил.
— Рада за тебя, сладенький, — фыркнула Элеум, и поудобней устроившись на стуле, кинула красноречивый взгляд в сторону кухни.
— Так, что кушать будете? — Спохватился правильно понявший намек кабатчик.
— А что есть? — Поинтересовалась Ллойс.
— Ну... Похлебка куриная с овощами есть, суп из томатов. Котлеты на кости, свежие, вкусные... — Зачем-то уточнил мужчина и почесал нос. — Рагу из овощей разных. Кабачки на чесноке, жаренные. Картоха ещё вареная и жаренная на сале. Рис по степному, с морковью и луком. Равиоли...
— Равиоли? — Заинтересованно склонила голову набок наемница. — А это что за зверь такой?
— Это, как пельмени, только маленькие. — Еще шире ухмыльнулся мужчина и поправил съехавшую на левое ухо шляпу.
— Пельмени? — Брови наемницы сошлись к переносице.
— Мелко рубленный фарш смешивают с луком, заворачивают в тесто и варят со специями. — Подсказала Кити.
— Именно, — мелко закивал трактирщик. — Это очень вкусно, барышня, вы уж поверьте. Могу с уксусом подать, могу со сметаной. Сметана настоящая, из коровьих сливок. Не та дрянь из сублимата, что в "Грузовике" подают. Ещё зелень есть с местных ферм.
— А фарш чей? — Задумчиво почесала макушку Элеум. — Крысятина, небось?
— Ну, как можно?.. — Вполне натурально обиделся трактирщик. — Свинина. Отборная. Вчера еще хрюкала.
— Или гавкала, — рассмеялась наемница. — А что ещё предложишь?
— Рыба есть, консервы местные и из Сити. Зобик тушеный...
— Не-не-не, — замахала руками Элеум. — Наелись мы уже... зобиков. Раки есть? Или улитки? Обожаю улиток с чесноком.
— Чего нет, того нет, — развел руками кабатчик. — Это у вас на Севере рек полно, а тут...
— Ладно, — слегка разочарованно протянула Элеум. — Уговорил, языкастый. Тащи две порции этих... Раилей? Уксус и сметану тоже неси. Поглядим, с чем вкуснее. Две, нет, три порции кабачков в чесноке. Чеснока только побольше. Водки... — Покосившись на Кити, Ллойс тяжело вздохнула... — Грамм триста давай. Для начала. И... молоко есть?
— Нет, — огорчился кабатчик. — Сметана есть, а молока нет. Вчера скисло. Зато сок есть. Яблочный свежий. И апельсиновый из консервов, с самого Сити.
— Кисонька, какой будешь?
— Яблочного, если можно, — смущенно потупилась девушка.
— Вот... яблочного сока — графин. — Согласно кивнула наемница. — Зелени разной и что-нибудь из фруктов.
— Эм... Есть яблоки. Груши... Сливы... Но сливы кислые — что-то не задался сезон. Не советую. Еще грейпфрут есть. Прямо из теплиц Финка, только это дорого...
— Это который, как апельсин, только горький? — Уточнила Элеум.
— Если только чуть-чуть. — Развел руки в обезоруживающем жесте кабатчик. — Берите, не пожалеете, двадцать серебром за штуку, обижусь.
— Ты как, принцесса, не против? — Запустив руку за пазуху, Элеум с громким стуком припечатала к столешнице неровно обрезанную серебряную пластину.
— Не против... Только... я их и не ела-то никогда... Только у Хряка пару раз видела. — Несмело протянула девушка и, подтянув к себе стул с плюшевой игрушкой, осторожно погладила медвежонка по голове. — Он их для особо важных гостей хранил...
— Эх, кисонька, — с сочувствием протянула наемница. — Ладно, попробуешь. А я узнаю, что это за... раиволи?
— Равиоли, — слабо улыбнулась Кити.
