Недоуменно помотав головой, охотник за головами поморщился от вновь кольнувшей виски боли, покачнувшись, рухнул обратно на диван. Надо собраться. Так. Получив от жирдяя гонорар, он забрал у Эвенко выписанные из Сити имплантаты и сразу пошел к Зэду. Еду он заказывал в «Малине», заплатил трактирщику, чтобы ему приносили ее прямо сюда. Завтрак, обед, ужин. И выпивку. Он заказал чертову бездну выпивки. А еще винт. Да, точно, он купил целую коробку винта, чтобы отдохнуть и расслабиться пред большим делом, только вот перед каким? На охотника за головами снова обрушился вал боли. В череп будто вбили раскаленный гвоздь. Что-то связанное с девкой. Не той дохлой, что скрипит сейчас цепью и мешает сосредоточиться. Другой. Откуда-то, из затянутого липкой пеленой наркотиков подсознания всплыл образ покрытой татуировками, широкоплечей и долговязой молодой женщины. С суровым, сухим, каким-то жестким лицом, перекошенным, будто клещами растянутой, глумливой ухмылкой. Покачав выбритой головой, женщина послала ему воздушный поцелуй и, показав средний палец, снова скрылась в затянувшем мозг кровавом тумане. Охотник за головами хихикнул. Накидаться до такой степени, что несколько суток просто стерлись из памяти… С ним подобного со времен Сити не случалось. Неплохо же он расслабился. Сколько же прошло времени? Ах, да… Еда… Трижды в день… Он всегда заказывал еду трижды в день. Надо следить за желудком. А то еще язву заработаешь… Покосившись на разбросанные по полу осколки тарелок, Эрик не удержался от смешка… Язву… Сколько раз ее приносили? Черт. Слишком много для пары дней. Неожиданно мир содрогнулся и поплыл куда-то вниз и в бок. Потеряв равновесие, Эрик скатился с дивана, упал на четвереньки и скорчился в жесточайшем приступе рвоты. На руки полилось что-то отвратительно теплое, в нос шибануло вонью. Трупной вонью. В глубине сознания забрезжила какая-то мысль, но тут же скрылась во вновь накатившей волне красноватого тумана. Содрогнувшись всем телом, охотник за головами открыл рот и изверг на пол огромную порцию желчи.
— Задранство, — прошептал Ставро и, пошатываясь, поднялся на ноги. — Дерьмо. — Нетвердой походкой молодой человек подошел к висящему на крюке трупу, развернув тело к себе, резко дернул за безжизненно свисающие на лицо женщины, слипшиеся от крови пряди иссиня-черных густых волос.
— Дерьмо, — повторил он и зло сплюнул под ноги. Алекса — подавальщица из «Малины». Это она должна была носить ему выпивку и закуски. А где рабыня? Отпустив волосы мертвой девушки, Ставро рассеянно вытер руки о покрытую многочисленными пятнами крови и рвоты рубашку и покосился на перегораживающую дальний угол подвала цветастую ширму. Вонь. В его подвале всегда пахло кровью. Совсем чуть-чуть. Эрик уделял много внимания борьбе с запахом. Но сейчас в студии стоял тяжелый медяно-сладковатый дух настоящей бойни.
