Так она и сделала. За несколько дней разгребла "завалы", что накопились за время её отсутствия. Принимала больных, обошла всех хроников, стариков, беременных и маленьких детей посёлка. По вечерам формировала заказы для ярмарки. Какое счастье, что летом у неё был тот "прилив активности" и она заготовила столько сырья, что хватит и себе, с запасом, и другим!
Атарик как-то застал её посреди этих завалов. Посмотрел и веско, как обычно, заявил:
- На будущий год уменьшу заказы вдвое. Иначе ты ноги протянешь. И не возражай!.. Тебе о своих нужно заботиться и о здоровье. А то ты им лекарства, этим нёрс, а они тебя ещё и поносить будут, как ленивую и слабую!
Эк, его, беднягу, задела эта Кристи!.. Ра обняла своего приёмного отца. Утешила:
- Не все такие дуры, Рик. Большинство понимают и благодарны... Пошли пить чай... А насчёт заказов ты прав. Бери меньше. Мне нужен отдых.
Вот тут она была не до конца откровенна. Ей нужен был не отдых, а свободное время и силы. Если Рик готов пойти ей навстречу, она только спасибо скажет.
***
Новую попытку "прорваться" Кора сделала только тогда, когда все её дела были в безукоризненном порядке. Хроники обихожены, острых пациентов нет. Сумки и рюкзаки для ярмарки стоят приготовленные и промаркированные. В каждом заказе сопроводительная записка. До ярмарки несколько дней. Если она и свалится, у неё будет время прийти в себя.
Марфа ночевала уже в своём домике. Никто не мешал ей. Кора легла, расслабилась... И растерялась... Тогда она действовала в порыве отчаяния. А сейчас как? Как "довести" себя до "того" состояния? И нужно ли это?
Девушка не торопилась. Прислушивалась к себе... А потом устала от этого вот хождения вокруг и около, сильно, отчаянно, и как-то по-детски, захотела "вернуться" домой. До боли в сердце! Словно от этого её бедного сердца тянулась грубая, суровая нитка, что связывала её с сердцем того, кто до сих пор так отчаянно любил её, хотя и считал мёртвой!
Её снова "вынесло" из тела и понесло... Нет, не понесло... Она просто оказалась там, где и хотела оказаться. Точь в точь, как об этом рассказывала Деметра...
Дом встретил её тишиной. И голосами на улице. Она двинулась туда... Отец сидел на террасе с каким-то мужчиной, другом, наверное. Они разговаривали, а она, растерянная и оглушённая, не могла пока вслушаться как следует и понять... Пока она только смотрела. И не могла насмотреться...
Папа действительно такой, каким она помнила его. Иногда ей казалось, что она приукрашивала, идеализировала его, как все дети. Он запал ей в душу высоким, могучим красавцем с ослепительной улыбкой и сильными руками, которыми подбрасывал свою мелкую дочку так высоко, что это вызывало страх и возмущение Лив. И бесконечный, ярчайший восторг у самой Перси.
Что сказать? Она хорошо запомнила его. Он был красив, её отец. Окажись он здесь, на него сворачивали бы шеи не меньше, чем на Золотого. По сути, они принадлежали к одному типу мужчин. Деметра назвала бы их "эталонными образчиками вида homo sapiens".
Её саму она такой не считала. "Слишком дурная!"- такой был её главный аргумент против внесения подруги в галерею славы человечества. Спроси Перси, так она сказала бы, что Мити придирается из-за того, что она не управляема в той мере, в какой сверхразуму хотелось бы. А по правде сказать, ни в какой мере не управляема. Если что, то именно этим Кора гордилась. Кто такой человек, как не существо со свободной волей?
Возвращаясь на террасу и к тем, кто там был... Папа был таким, каким Перси помнила его. Только улыбка отсутствовала. Даже смешливые лучики около глаз пропали. Он что, никогда не улыбается?.. И появилась седина. Полоски на висках. Две. Как раз по числу тех, кого он потерял...
"Друг" отца Перси почему-то не понравился. Совершенно. Что-то такое чувствовал её "мутантский" мозг в нём неприятное и опасное. Что? Она не знала. Откуда она могла знать, если "договориться" с этим мозгом и его новыми возможностями не могла совершенно!
Пока. Пока совершенно не могла договориться. Но обязательно сможет. И "рассмотрит" этого индивида получше... Нечего, чтобы мерзкие лжецы ошивались рядом с её человеком... О! Лжец, значит...
Вот так смешно или грустно, смотря как воспринимать это, Перси разбиралась со своими новыми "функциями". И ещё смешнее было то, как она уговаривала свой разум "заякориться" на этом типе. Разум не хотел. Активно противился. До тошноты и головокружения. Словно эмоции этого субъекта, которые Перси и осознать пока не могла толком, вызывали у неё физическое отвращение.
Она уговорила себя. И имя субъекта запомнила. Ивэн. И услышала что-то крайне печальное для себя. Отец улетал через несколько дней. Они собственно потому и встретились с "приятелем". Тот приехал проводить друга.
- И вынюхать что-то между делом,- мрачно отрекомендовал мозг Перси.
Теперь она пыталась удержаться здесь до того момента, пока не услышит, когда отец планирует возвращение на Землю. Конечно, она не сможет пробиться к нему в космосе. Она и тут-то едва справляется. Видеть видит, а вот "звук пропадает" периодически. Устала.
