- Слава, скажи... - Насмелилась спросить она, когда тот поднялся, чтобы снять рубашку. - Почему это с тобой происходило? Почему днем ты не помнил меня? Нас! Ведь это не сон! Совсем не сон. Ни то, что было, ни то, что происходит сейчас!
В ответ на ее слова парень словно окаменел. Застыл с гримасой боли на лице и медленно, по слогам, произнес.
- Я - не Слава!
- Но... - Катя встала с кровати, подошла к нему, глядя, как карие глаза снова светлеют, становясь стальными. - Это ничего не значит! Я люблю тебя, кем бы ты ни был! И как бы тебя не звали! Понимаешь? Это то, что я попросила взамен на жизнь моих родных. Тебя! Понимаешь?
- Я... - Парень теперь смотрел на нее так, словно видел впервые. - Мы не...
Он не договорил. Рухнул как подкошенный, и затрясся в приступе падучей.
- Мамочки! - Катя попятилась к двери и выбежала в коридор. - Помогите! Ну, кто-нибудь! Скорее! Человек умирает!
Дальше все происходящее напомнило ей сон. Липкий кошмар, от которого нет спасения даже в пробуждении.
Откуда-то появились люди в белых халатах. Любимого шустро положили на носилки и утащили в сторону лифта. Потом кажется к ней подходила строгая тетка в роговых очках и в белом халате.
- Почему этот пациент оказался в вашей палате? Почему без рубашки? Он пришел к вам за помощью? Или приступ был спровоцирован? Были ли волнующие его обстоятельства?
Катя не ответила. Просто посмотрела на тетку так, что та захлопнула тетрадь и удалилась, словно гордый крейсер.
Дальше она и вовсе ничего не помнила.
Кажется, ей поставили какой-то укол и уложили в кровать. Кажется, она уснула. И ей снился Цыган.
- Я тебя люблю!
- Люблю!
- Давай никогда не расставаться?
- Никогда...
- Я найду тебя.
- Найди...
- Сохрани тетрадь.
- Сохраню.
Наутро пришел лечащий врач и с какой-то фальшивой улыбкой заявил.
- Ну, вот и все! Пора прощаться, Катюш.
- Вы меня выписываете? - Катя сглотнула тягучий комок. Выписка! Сейчас, когда она нашла своего любимого! Это равносильно смерти.
- Да. Мы не имеем права держать в больнице абсолютно здоровую девушку.
- А парень... Слава! Что с ним? Где он? - Катя даже сжала руки в кулачки, боясь услышать что-то плохое, но улыбка врача стала еще шире.
- С ним все в порядке. Просто случился приступ эпилепсии. Его перевели в неврологию.
- А как его фамилия?
Врач открыл рот, чтобы ответить, но тут открылась дверь, и в палату шагнула тетя Галя.
- Ну, как здоровье Катерина?
Нет. Нет! Нет!!! Только ни это! Только не сейчас!
- Очень плохо. Тетя, пожалуйста, можно я еще останусь? На недельку.
- Нет, дорогая. - Тетя взглянула на нее строго и в тоже время брезгливо, как на глупую мышь. - Я больше не в состоянии терять время, бездарно тратя целый день на поездки из города в город. Мы уезжаем сегодня, и точка!
И ни слезы, ни угрозы покончить с собой не помогли. Катины протесты словно не слышали. Медсестра принесла вещи, которые были на девушке в день аварии, но тетя даже смотреть не стала. Велела выбросить. И принялась доставать из привезенного с собой пакета куртку, полусапожки, джинсы и водолазку.
- Одевайся. А я пойду, заберу твою выписку.
- А это все, что со мной было? - Катя перетряхнула испачканные в чем-то темном вещи. - А тетрадь?! У меня под рубашкой была тетрадь! В темном кожаном переплете! Это... мой дневник. Она мне нужна!
Медсестра хмыкнула и ушла. Катя принялась одеваться, но нервная дрожь мешала. Она знала. Нет, не так! Она ЗНАЛА, что должна взять эту тетрадь с собой. Просто необоснованная слепая уверенность, что если эта тетрадь будет с ней, ОН ее найдет!
Наконец дверь в палату снова распахнулась, и медсестра протянула ей знакомую до боли тетрадь.
- Эта?
Не отвечая, Катя вцепилась в нее и прижала к груди.
Теперь он найдет ее. Обязательно!
Ведь все началось с тетради....
_______________
Ярослав смотрел на частокол деревьев, пролетающий за окном электрички, на серое небо, низко нависающее над миром и не видел ничего этого. Перед глазами стояло девичье лицо. Заострившиеся черты, курносый носик, голубые океаны глаз, чуть приоткрытые губы. Чуть волнистые волосы с золотыми искорками.
Это было так давно, что Яр сомневался в том, что это было. Десять лет он не мог избавиться от снов с участием этой девушки, напрочь забывая о ней днем. А вот сегодня что-то вспомнилось. Те два с половиной месяца в городской больнице были самыми странными в его жизни.
Как ее звали? Девчонка-подросток сперва задела его своим пренебрежительным отношением, затем свела с ума взглядами: настороженными, ждущими, зовущими. Но всему виной сны. В них он был с ней не стесняющимся чувств и впервые проснувшейся страсти. Сны приходили каждую ночь, и каждое утро он просыпался с ожиданием следующей ночи.
А потом наступил самый странный день. Точнее вечер. Девчонка подошла к нему первой. Она что-то говорила. Яр уже и не помнил что. Память навеки сохранила их первый и последний поцелуй. Что было дальше, Ярослав не помнил.
